Политические итоги года
2025 год стал для политической системы Бурятии временем строгого отбора. Силовые ведомства, словно скальпелем, рассекли верхний эшелон власти, отделив тех, кто, по версии следствия, переступил черту. На фоне громких арестов и увольнений в республике состоялась кадровая перестановка, в результате которой на ключевые посты встали новые люди. Итог – обновленная конструкция власти, прочность которой предстоит испытать в наступающем году.
Падения с олимпа
Центральным сюжетом года стала череда уголовных дел. Самое нашумевшее из них - арест министра транспорта, энергетики и дорожного хозяйства Александра Гоге. 13 мая силовики ФСБ взяли его под стражу прямо в кабинете. Ему инкриминировали превышение полномочий и лоббирование интересов компании «Доринвест», которая, как утверждает следствие, получила контракт на ремонт трассы Улан-Удэ – Романовка – Чита с завышенной ценой в 1,2 млрд рублей. Суды раз за разом продлевают ему срок содержания в СИЗО, и Новый год Гоге встретит в камере.
«Коррупционные проявления - это не просто преступление, это предательство в условиях специальной военной операции, и место всем коррупционерам в местах не столь отдаленных», - жестко прокомментировал задержание зампред правительства по безопасности Вячеслав Сухоруков.
Под удар попала и вся верхушка министерства сельского хозяйства. Экс-глава ведомства Галсан Дареев, уволенный еще в конце 2024 года, провел в СИЗО почти год. Следствие завершило расследование по делу о многочисленных взятках и превышении полномочий. По версии обвинения, Дареев создал систему вымогательства с сельхозпредприятий под видом «спонсорской помощи». Собранные миллионы, по данным СКР, тратились на фуршеты, сувениры и даже на празднование его собственного дня рождения. Его первый заместитель Булат Цыренжапов пытался избежать увольнения «в связи с утратой доверия» за сокрытие счетов в Китае, но после суда был вынужден написать заявление «по собственному желанию».
Отдельная детективная линия развернулась вокруг Управления капитального строительства (УКС) и его бывшего начальника Анатолия Урбанова. Он уже несколько месяцев находится под домашним арестом по делу о нарушениях при реконструкции театра кукол «Ульгэр», хотя сам же и написал заявление в органы на подрядчика. Теперь к этому делу добавилось еще одно - о приемке не соответствующих требованиям очистных сооружений в Выдрино. Оба контракта исполняла одна и та же компания - печально известная «Бурятпроектреставрация», которая по решениям судов должна вернуть бюджету свыше 750 млн рублей, но признана банкротом.
Завершился в этом году и громкий судебный процесс над Цыреном Доржиевым, бывшим спикером Хурала Бурятии. Советский райсуд приговорил его к семи годам колонии общего режима за мошенничество в особо крупном размере при строительстве школы в Сосново-Озерском. При этом его сын Тушин Доржиев, под контролем которого шла эта стройка, скрывается от следствия за границей.
Добровольные отставки
Параллельно с уголовными делами шли и «тихие» отставки, каждая из которых окутана слухами и домыслами.
В мае по собственному желанию покинула пост министра экономики Екатерина Кочетова, запомнившаяся публике такими высказываниями, как «у нас от голода никто не умер» и «инфляция растет, потому что у населения много денег». Ее пятилетнее руководство минэком также сопровождалось критикой за необоснованные траты, такие, например, как издание книги. Официальной причиной ухода стал переезд, однако в кулуарах его связали с общей напряженной атмосферой.
Еще более драматичным был уход вице-премьера Евгения Луковникова, курировавшего инфраструктуру. Это была уже его вторая отставка, и на этот раз он сопроводил ее постом в соцсетях, объясняя решение состоянием здоровья и одновременно обвиняя «телеграм-экспертов» в «работе по очернению» результатов работы. Луковников, уходя, заявил, что «такого объема строительства в Бурятии не было ни на одном этапе истории», но очевидно, что этот объем породил и беспрецедентные риски.
Новые назначения
На фоне этих потерь глава республики Алексей Цыденов сделал ставку на усиление команды новыми и где-то даже неожиданными фигурами.
Новым министром промышленности, торговли и инвестиций стал Денис Гармаев - известный в республике в прошлом ресторатор, депутат и силовик. Его назначению предшествовало досрочное сложение депутатских полномочий. Оно было одним из самых дискуссионных: Гармаеву, не имеющему ранее опыта руководства крупной промышленной отраслью, предстоит развивать сложное направление. Ветераны отрасли, вроде экс-директора авиазавода Леонида Белых, напутствовали его словами: «Я думаю, мы не должны с тобой опозориться» и советом «никого не жалеть».
Ключевой фигурой в строительном блоке, оставшемся без Луковникова, стал Евгений Коркин. Проработав 14 лет первым замминистра строительства, он совершил стремительный взлет: в мае возглавил министерство, а осенью стал вице-премьером. Его называют «выращенным кадром», глубоко знающим отрасль, но ему досталось тяжелейшее наследство - долгострои, скандальные подрядчики и повышенное внимание силовиков.
Возглавил же минстрой после Коркина Тимур Цыренжапов - генерал-майор в отставке, ранее руководивший Фондом капремонта и работавший заммэра Улан-Удэ. Его назначение выглядит попыткой навести в проблемной сфере жесткий порядок.
Итоги 2025 года в бурятской политике противоречивы. С одной стороны, власть демонстрирует готовность к жесткой чистке своих рядов, отправляя под суд бывших министров и спикера. Это служит громким сигналом о нетерпимости к злоупотреблениям. С другой - кадровые перестановки выглядят как попытка укрепить шатающуюся конструкцию, делая ставку на лояльность и управленческую жесткость порой в ущерб отраслевому опыту.
Главный вопрос, который уходит в 2026 год: окажутся ли новые назначения эффективным ответом на системные вызовы? Или их карьеры повторят путь предшественников, не выдержавших испытания бюджетными миллиардами и вниманием спецслужб? Политический год завершился обновлением элиты, но подлинная прочность этого обновления станет ясна только тогда, когда новые люди начнут отвечать за конкретные результаты.
Станислав Сергеев, «Номер один».
