Глава Старобешевского района ДНР: «Не допустите то, что произошло в Украине»

Побывавший в Бурятии Николай Михайлов рассказал о поддержке со стороны республики и о жизни под обстрелами
A- A+

Как известно, Бурятия взяла шефство над восстановлением Старобешевского района Донецкой Народной Республики. То, что  разрушено бомбежками и обстрелами, сегодня восстанавливают общими усилиями. Недавно глава «бурятского» (как его в шутку называют местные) района ДНР Николай Михайлов побывал на 100-летии республики. В интервью «Номер один» он рассказал, почему в ДНР опасно убирать мусор на обочине и как вооружается население. Ну и, конечно, о том, чем прекрасна Бурятия. 

Разочарование быстро ушло 

- Нам рассказали, что, когда распределяли шефство над районами ДНР по российским регионам, всем хотелось, чтобы «шефами» стали Москва и Питер. Расскажите, какие эмоции вы испытали, когда узнали, что шефство над вами взяла Бурятия?

- Действительно, всем хотелось, чтобы пришел какой-то крутой регион. Потому что финансовые возможности Москвы совершенно другие, чем у остальных регионов Российской Федерации. И когда мы узнали, что нам досталась Бурятия, честно говоря, немножко озадачились: почему Новоазовскому району «дали» москвичей,  Тельмановскому району – Подмосковье, а Старобешевскому району «досталась» Бурятия?
Я полез в интернет, посмотрел рейтинг Бурятии - республика где-то на 50 – 60-х местах. И, честно говоря, немножко расстроился.

Но все, что ни делается, наверное,  к лучшему. Мы не ожидали такого отношения и такой помощи, и расстройство быстро ушло. Ожидания и реальность, слава богу, не совпали.

Сначала мне позвонил Игорь Иванович (Зураев – руководитель полпредства Бурятии в Москве. - Прим. ред.), представился. Позже мы уже лично с ним познакомились и подружились, он приехал к нам, мы расписали программу. Потом нас посетил Алексей Самбуевич. И все, о чем мы просили, было учтено.

- Какие первые возникли у вас пожелания?

- Первое - это коммунальная техника и школьные автобусы. У нас было 13 школьных автобусов и четыре из них  мобилизованы для армии. Девяти явно не хватало для того, чтобы возить детишек в школу. Район разбросанный - у нас 60 населенных пунктов. Это было самым главным пожеланием. И когда мы свою просьбу озвучили, ее приняли.

Второй момент, который  обговаривали - ремонт школ. У нас в районе 20 школ. Мы взяли самые большие населенные пункты и  крупные школы. Потом садики,  тоже   самые большие.

Оснащение школ было плачевным: отсутствовали учебники и учебная литература. Компьютерная техника вся старая, 15-летней давности…

- То есть вам за эти годы вообще ничего не обновляли?

- При Украине больше чем за 20 лет у нас в районе ничего не было построено. Если на ремонт что-то давалось, то это совсем мелкие копейки.

Что касается разрушений вследствие боевых действий. Объекты социально-культурного назначения у нас пострадали не сильно. Где-то кровли, окна - мы это восстановили сами. Но так как окна в основном были деревянные, мы просто стекла вставили, где-то шифер поменяли. А когда к нам приехал ваш глава Алексей Самбуевич, мы подписали соглашение и разработали план мероприятий, согласно которому определили перечень объектов для восстановления. Этот план мероприятий, конечно, пересматривался потом. Потому что нам хотелось побольше, а, с другой стороны, мы понимаем, что в Бурятии свои проблемы. Ведь любой хозяйственник прежде всего думает о своем населении. Поэтому я предложил    найти какую-то середину. Понятно, что все сразу сделать невозможно. Тем более что школы нам надо было в первую очередь запустить. В отличие от других городов и районов ДНР, у нас обучение проходило в очном режиме. Ведь наша территория более-менее безопасна. Дело в том, что здесь в 2014 - 2015 годах прошли боевые действия и фронт отодвинулся от территории Старобешевского района, и это уже радовало.

К моменту первого визита Алексея Самбуевича как раз уже поступила коммунальная техника из Бурятии. Это были: «КамАЗ»-самосвал, автомобиль с краном-манипулятором, микроавтобус «ГАЗель».

А школьные автобусы поступили к 1 сентября, то есть очень своевременно. И к этой же  дате мы получили 286 компьютеров для всех 20 школ района.

Это для нас была огромная помощь. Кроме того, рабочая группа Бурятии сделала все, чтобы до начала учебного года для учеников всех школ пришел полный комплект учебников и учебной литературы. Мы перешли на российские стандарты обучения и у нас появилась проблема с учебниками. А еще получили полный комплект спортивного инвентаря для всех школ.

«Драка» за Байкал

Также наши дети в прошлом году (98 человек) побывали в Бурятии, отдохнули, оздоровились. Это, кстати, была инициатива Алексея Самбуевича: он пригласил наших детей.

А теперь у нас среди школьников «борьба» за то, кто в этом году поедет. Ребят впечатлили природа, отношение, общение. Алексей Самбуевич мудро поступил - настоял, чтобы дети отдыхали в смешанных группах: часть ребятишек - из Бурятии, часть – наши. Они очень сдружились и сейчас продолжают общаться в социальных сетях.

Кроме того (это уже  инициатива Игоря Ивановича), 46 компьютеров купили для  директоров школ и заместителей, на случай если надо обеспечить дистанционный режим обучения. Ведь с компьютерной техникой у нас был полный завал.

Поэтому такая поддержка очень удивила и обрадовала. Ведь сначала   был   настрой, что  как-нибудь подремонтируем и все. Но нам сказали: есть российские стандарты, будем делать, как положено. И начали делать.

Делали все по этапам: первый, второй, третий. По школам мы первые два этапа уже сделали. Первый этап – это кровли, отмостки, окна,  поврежденные взрывами. Все окна поменяли на пластиковые.

- Только не говорите, что это были первые пластиковые окна в школах?

- Нет, не первые. Но мы сделали то, что  годами не могли сделать. Раньше   меняли окна точечно – в каком-то самом холодном классе и так далее. Потому что не могли сделать все сразу –   не было на это денег. Сейчас же мы получили действительно значительные объемы поддержки. 

- Это несколько поражает. Ведь XXI век на дворе. И если Украина считает, что эта территория - их земля, то почему отсутствовали вложения?

- Вложения были, но не в нашу территорию. Они не вкладывались в Донбасс, они вкладывались в Западную Украину и немножко  в Центральную Украину. Когда в 2014 году произошел государственный переворот в Киеве, нас изначально воспринимали как врагов. А все потому, что у нас просто российский менталитет. У нас все население разговаривает и думает на русском языке.

«Не знаем, когда и куда прилетит» 

Что касается других поврежденных объектов, таких как Дворец культуры, детские садики – там, где окна повылетали,  сейчас работы начались, уже заменили их на пластиковые.

- Вы все время говорите: «окна повылетали». Я понимаю, что человек ко всему привыкает, но это же страшная привычка. Как люди справляются с этим?

- Не знаем, когда и куда прилетит. Поэтому мы всегда готовы. Когда я приехал в Бурятию, мне на два дня пришлось надеть костюм и галстук, а я от этого напрочь отвык. Мы постоянно ходим в униформе, потому что в любую секунду, возможно, придется падать на землю. У нас очень редко чиновник ходит в костюме.

Мы натренировали и учеников, и учителей. Слава богу, в каждой школе есть укрытия. Дети знают, какой класс куда должен прятаться в случае необходимости. Точно такая же система в садиках и во всех учреждениях.

В связи с тем, что Германия, Англия, Америка поставляют ракеты  большой дальности - до 300 км, у нас есть время. То есть когда объявляется воздушная тревога, у нас есть 10 - 15 минут на то, чтобы спуститься. А когда бьют польские минометы, то мы не слышим прилета. Старое вооружение, которое было у Украины, его слышно, когда летит. А тут ничего не слышно.  Просто  бах! И все. Это страшно.

Я круглосуточно на связи, никогда не выключаю телефон. У нас есть разработанный алгоритм. Первые вопросы – это жизнеобеспечение: вода, электричество, газ и далее по плану.

Конечно, ко всему человек привыкает, кроме смерти людей. К этому невозможно привыкнуть. Особенно душа за детей болит. В нашем районе есть раненые детки и два погибших. Это было еще в 2014 - 2015 годах. А сейчас, когда по Комсомольску прилетело, слава богу, обошлось без жертв, только легкие ранения.

- Слышал о попытке покушения на вас, можно подробности?

- С 2014 года я в украинском «черном списке» «Миротворец» (смеется. – Прим. ред.), и в октябре прошлого года, сразу после проведения референдума о вхождении ДНР в состав Российской Федерации, заложили взрывное устройство у входа в дом.

Все обошлось благодаря моему соседу: он утром подъехал к дому и увидел, что лежит подозрительная куртка у входа. И он предупредил меня, чтобы я не выходил. Оказалось, что куртка заминирована.

- В нашей стране и даже в нашей республике мы встречаем скептиков,   отказывающихся верить в то, что происходит. Правда сегодня их намного меньше, чем год назад.

- Вы их к нам командируйте. Они с месяц поживут – больше не надо, сами все поймут.

- Не обидно ли слышать, что люди не верят?

- Когда не верят, конечно, обидно. Но к этому тоже привыкаешь. Я считаю, тут каждый имеет право на свое мнение. Поэтому верит он или не верит, честно говоря, мне все равно.

- Стало ли легче, когда Россия приняла в свой состав новые регионы?

- Юридически мы в составе России с октября прошлого года. Но фактически - с 11 мая 2014 года, когда у нас прошел референдум. Я  один из тех, кто готовил этот референдум в Старобешевском районе. 11 мая мы провели референдум, а 17 мая к нам уже начали заходить украинские войска.

Сначала не было страшно. Это были призванные молодые пацаны, которые боялись выходить из машин. С одной стороны были украинские вооруженные силы, с другой  – наши ополченцы. Они весь день стреляли в воздух, делали вид, что воюют. А вечером садились вместе и общались.

Потерять все за одну ночь 

Потом начали завозить иностранцев. Появились националистические батальоны, такие как «Азов», «Днепр», «Донбасс». Это звери. И они начали стрелять в людей. И мы стали стрелять в ответ. Они  забирали людей – тех, кто был членом избирательных комиссий, кто готовил референдум. А забирают как: мешок на голову и куда-то вывозят. После этого много людей пропало, и мы до сих пор не знаем, где они. Забирали и мужчин, и женщин. Ты участвовал в работе референдума, все, ты враг.

- Это очень страшно…

- Я когда в Бурятию приехал, всем говорю: вы не допустите того, что произошло в Украине.

Я, например, был довольно обеспеченным человеком. На счету лежала солидная сумма денег. И потом за одну ночь «Приват банк» (это банк Коломойского, который содержал нацбатальон) обнулил все счета. То есть все деньги у меня пропали. Я не мог никак их забрать.

А  когда националистические батальоны стали заходить, начался грабеж. Выискивали дома обеспеченных семей: фермеров, предпринимателей. Просто заходили в эти дома и грабили. Пока человек не отдаст, издевались над семьей, над человеком. Многие обеспеченные люди просто поудирали. Кто-то вернулся, а кто-то до сих пор где-то катается.

- А есть те, кто с запада Украины переехал на восток после референдума?

- Есть такие. Идеологически люди не согласны с той политикой, которая там проводится. Им не нравится, и они приехали к нам. Некоторые даже вступили в ополчение. И таких немало.

- Внешнеполитически в Украине ведь не признают фашизм. Но при этом у них и символы, и нашивки, и лозунги, и руку они вскидывают, ломают памятники, жгут книги, переписывают историю… Внутри страны они тоже не признают?

- У них все повадки фашистов. Их перевоспитали за эти девять лет.

- А почему до Восточной Украины не добрались?

- У нас менталитет другой. Мы изначально ассоциировали себя с русскими. Поэтому мы не согласились и восстали, когда они начали нас заставлять говорить только на украинском языке. Почему я должен разговаривать на украинском, если мой родной язык русский? Это оскорбительно. Во-вторых, какая разница, на каком мы языке говорим? У вас же можно разговаривать и на бурятском, и на русском. Хоть на греческом.

- Вы жили по законам одной страны, потом перешли на собственное законодательство. Теперь  живете по законам России. Какие законы, правила, требования вас лично удивили?

- Самое главное, что нас удивило, это социальная защита, которая имеется в Российской Федерации. У нас никогда не было понятия «материнский капитал». Удивляет, что к 1 сентября семьям выплачивают деньги, чтобы подготовить школьника к учебному году. Россияне, наверное, считают, что так и должно быть. Но в Украине такого никогда не было.
Та же ипотека. Если у человека нет больших денег, он может взять ипотеку и купить себе жилье. У нас раньше ее просто не было. Россияне этого не ценят, а мы удивлены и радуемся.

Поддержка сельского хозяйства. Для нас это немыслимо, чтобы государство давало фермерам деньги. В России это очень хорошо развито, очень большая поддержка. Есть дотации на зерновые культуры, на животноводство и еще много других. Мы только в это входим. И это очень большие достижения государства.

Все для людей 

Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин поставил задачу как можно скорее развернуть МФЦ. Отремонтировать, оснастить современной техникой. И сейчас благодаря Республике Бурятия эти работы уже завершены. Люди получают российские паспорта, а это очень большая работа.

- Скажите, насколько быстро реагирует руководство Бурятии на ваши просьбы?

- Хочу сказать, что Алексей Самбуевич очень мудрый руководитель. Очень профессиональный сам и  профессиональная команда. Мы сдружились. Потому что не бывает такого, чтобы просто отмахнулись от нас. Проблем много, но всегда находится какой-то выход. Постоянно проблемы у нас, понимаете? Каждый день что-то разрушается, каждый день что-то сыпется. Отремонтировали дороги с помощью Республики Бурятия. Колонны тяжелой военной техники прошли – и нет ремонта. Большинство населения все это понимает, и от этого никуда не денешься, ведь танки по воздуху не летают.

- Сегодня можно сказать, что ваши жители обрели уверенность?

- Да. Люди мечтали войти в состав России, и это произошло. Мы были как беспризорные, когда Украина нас выгнала. Поэтому у нас люди и шли голосовать, потому что все хотели быстро закрыть этот вопрос.

Были проблемы с пересечением российской границы. Сейчас мы идем в упрощенном варианте. Но открыть границу полностью нельзя, поскольку на нашей территории очень много оружия. На одном из совещаний наш глава Денис Владимирович (Пушилин. - Прим. ред.), когда ему задавали этот вопрос, говорил: когда россияне к нам едут, их можно не проверять. Но когда от нас едут в Россию, то могут вывезти оружие.

Мы ведь все вооружены. У нас нет проблемы зарегистрировать оружие  калибром до 12 мм. У меня есть оружие, и оно официально зарегистрировано. Ведь к нам диверсанты порой заходят и надо себя как-то защищать.

- Какое у вас самое яркое впечатление от Бурятии?

- Во-первых, красивая природа. Обалденно красивая.

- А мы, когда к вам приезжаем, говорим, как красиво…

- Да, у нас же зелени много, розы цветут. У каждого региона своя красота. Мы, в свою очередь, восхищаемся, какие у вас леса. Какой Байкал. Это же уникальная красота, во всем мире такого не найти. У нас нет таких лесов. Зато травы много – у нас ни людей не хватает, ни косилок, чтобы с ней бороться.

Недра у вас богаты полезными ископаемыми. Поэтому Бурятия динамично развивается. И поражает политика по сохранению национальных традиций: языка, культуры разных национальностей.

Когда мы были на 100-летии республики на стадионе, я такого в жизни не видел. Это так масштабно, ярко, красочно! И все показано: и русские, и буряты, и другие национальности.  Особенно запомнились яркие национальные костюмы.

Ну и, конечно, Байкал – такой красоты больше нигде нет.

- Жаль, вы его теплым не застали…

- Ну я искупался… Не сильно-то и холодная вода. А когда еще представится возможность?
Вообще восхищает не только природа, но и трепетное отношение к ней, чтобы все это сохранить. У вас везде чисто. У нас такого, к сожалению, нет. Это связано с военными действиями. Мы очень аккуратно убираем обочины. Потому что диверсионные группы мины разбрасывают. Их периодически проверяют, но диверсанты все равно забегают.

- Есть какие-то ожидания, когда все это закончится?

- Пока та сторона не встретится с мозгами, ничего не кончится. Я думаю, что Америка побалуется, как в Афганистане, потом бросит Украину, когда там все будет разрушено. А нам придется ее восстанавливать, отстраивать.

Вы, наверное, не замечаете, но у вас очень много строится. Мы были в новых школах, садиках, которые  построены. Это великое дело, это обнадеживает. Частных домов очень много строится. Это развитие.

Я здесь некоторым главам районов Бурятии говорю: а бюджетов вам хватает? Они начинают жаловаться: нет, не хватает, мало денег. А я говорю: представляете, а у нас вообще нет бюджетов у районов. Как нас финансирует министерство финансов – зарплату, частично энергоносители и все, благо помогают фермеры, предприниматели и волонтеры. Военные нам сильно помогают.

«Буряты и греки - друзья навеки» 

Когда мы с Алексеем Самбуевичем осматривали юрты каждого района на площади Советов, я поразился, насколько хорошо развито народное творчество. ТОСы мы посещали. У нас это было не развито. Но организовали обучение наших ребят. Сейчас десять человек наших приедут, посмотрят. Для нашего района кое-что подсмотрел. Вот у нас, например, в некоторых селах выращивают овец. И проблема, куда деть шерсть. А тут я увидел, что из шерсти можно делать, нафотографировал, приеду – покажу. Это одежда, одеяла – практически безотходное производство. А у нас выбрасывается шерсть. Это ведь не только народное творчество, человек на этом может хорошо заработать. Были вещи, которые меня поразили. Например, шторы из овечьей шерсти. Настолько изумительно смотрятся – как пушинки!

Причем вы не только все это сохранили, это еще и развивается. Будем перенимать опыт. Ведь мы с Бурятией буквально породнились. Я по происхождению грек. И как-то сам собой родился слоган: «Буряты и греки - друзья навеки». Когда чувствуешь поддержку, конечно, становится легче.

Беседовал Валентин Соколов, «Номер один».


© 2012 — 2023
Редакция газеты GAZETA-N1.RU
Все права защищены.