Общество
11.09.2026 в 06:00
В Улан-Удэ побои ребенка оценили в 100 тысяч
Прокуратура Бурятии добивается наказания воспитательницы детсада
Текст: Станислав Сергеев
Фото: архив «Номер один»
В столице Бурятии начинается новый судебный процесс вокруг истории, которая для детского сада вообще не должна быть возможной. В феврале этого года воспитательница ударила малолетнего ребенка. Мировой судья признал женщину виновной в нанесении побоев по административной статье. Теперь прокуратура требует взыскать с нее 100 тыс. рублей компенсации морального вреда в пользу пострадавшего мальчика. Тем временем такие случаи в республике происходят регулярно. И все это на фоне кадрового дефицита сферы дошкольного образования.
Компенсацию пока получить не удалось. Сначала Октябрьский районный суд вернул иск, решив, что обратиться с таким требованием вправе мать ребенка, как законный представитель. Однако Верховный суд Бурятии с этим не согласился. Апелляция указала: малолетний по возрасту сам обратиться в суд не может, а прокурор вправе защищать его личные неимущественные права, даже если у ребенка есть мать.
19 августа Верховный суд отменил определение районного суда и вернул материал обратно - теперь Октябрьский районный суд должен решить вопрос о принятии иска к производству. Это еще не решение о том, будет ли взыскана компенсация и в каком размере. Но сама история уже получила продолжение: административное наказание воспитательницы не стало финальной точкой.
Побои – административка
Согласно материалам суда, мать ребенка обратилась в прокуратуру Октябрьского района Улан-Удэ с просьбой защитить интересы сына. Она рассказала, что 2 февраля 2026 года воспитатель детского сада нанесла ему побои.
Мировой суд признал работницу дошкольного учреждения виновной по ст. 6.1.1 КоАП РФ («Побои»). Это административная статья, которая применяется, когда действия не повлекли последствий, образующих состав уголовного преступления.
После этого прокуратура решила обратиться в суд уже с гражданским иском. Надзорное ведомство попросило взыскать с воспитательницы 100 тыс. рублей компенсации морального вреда.
Логика понятна. Административный штраф или другое наказание по КоАП - это ответственность перед государством. Но ребенок, которого ударили, переживает страх, боль, унижение, может потерять чувство безопасности.
Районный суд сначала не стал рассматривать этот иск. Там посчитали, что прокурор не может обращаться в суд, потому что у мальчика есть законный представитель - мать.
Верховный суд Бурятии указал на другую сторону вопроса. Малолетний ребенок сам защитить свои права не способен. А защита жизни, здоровья и личных неимущественных прав детей - как раз та сфера, в которой участие прокуратуры необходимо и оправдано.
Апелляционная инстанция не оценила размер компенсации и не решила, должна ли воспитательница заплатить 100 тыс. рублей. Суд лишь отменил возврат иска. Теперь дело должно пройти обычную стадию: заявление примут к производству либо разрешат вопрос о его принятии, стороны представят свои аргументы, а суд вынесет решение.
Но сам факт появления такого процесса напоминает: когда взрослый поднимает руку на ребенка в детсаду, последствия не заканчиваются служебной проверкой или административным постановлением.
Не первый и не последний?
За последние два года «Номер один» не раз писал о жестоком обращении с детьми в дошкольных учреждениях Улан-Удэ. Каждый раз обстоятельства различались. Но объединяло их одно: маленькие дети оказывались один на один со взрослым, который вместо воспитания применял силу.
В сентябре 2024 года Следственный комитет Бурятии сообщил об уголовном деле в отношении воспитателя одного из муниципальных детских садов Железнодорожного района. По версии следствия, весной и летом женщина систематически применяла физическое и психическое насилие к троим детям. Еще в отношении нескольких воспитанников ей вменяли ненадлежащее исполнение обязанностей, соединенное с жестоким обращением.
Тогда мать одной из девочек заметила у ребенка травмы и обратилась в полицию. Воспитательницу заключили под стражу.
Впоследствии дело дошло до приговора. В мае 2025 года Железнодорожный районный суд Улан-Удэ признал воспитателя детского сада виновной в истязании детей и ненадлежащем исполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетних. Суд установил, что женщина систематически била и кричала на малышей из группы раннего возраста, причиняя им физические и психические страдания. Важными доказательствами стали записи камер видеонаблюдения.
Женщину приговорили к пяти годам и одному месяцу колонии общего режима. Кроме того, ей на два года запретили заниматься педагогической деятельностью, а также работой, связанной с надзором, воспитанием и уходом за несовершеннолетними.
В ноябре 2024 года появилось еще одно уголовное дело. Следственный комитет сообщил, что младший воспитатель детского сада в Октябрьском районе Улан-Удэ ударила ребенка по лицу. По информации ведомства, насилие в отношении детей могло применяться неоднократно.
Позже выяснились подробности. Младший воспитатель, работавшая в детсаду с 1995 года, ударила двоих четырехлетних детей. Мальчика она пнула по ягодице и дважды ударила ладонью по лицу. Девочку с силой толкнула рукой в голову.
Суд назначил женщине 360 часов обязательных работ и на год лишил права заниматься деятельностью, связанной с воспитанием несовершеннолетних.
Все эти истории разные по тяжести. Где-то речь идет об одном эпизоде, за который работник получил административку. Где-то следствие и суд установили систематическое насилие, за которое воспитатель отправился в колонию. Но для родителей разница между статьями закона не отменяет главного: ребенка отдают в детсад утром, ожидая, что там его накормят, уложат спать, научат общаться и играть. А не ударят, толкнут или запугают.
«Вопрос находится на контроле»
Власти Улан-Удэ пытаются успокоить общественность. В сентябре 2024 года, после ареста очередной воспитательницы, комитет по образованию сообщал, что с руководителями дошкольных учреждений провели совещание об усилении работы по недопустимости физического и психического насилия над детьми.
Чиновники заявляли, что отслеживают жалобы, сигналы и официальные обращения родителей. По таким случаям проводятся служебные расследования, а при необходимости материалы передаются в МВД.
«Комитет по образованию всегда готов рассматривать подобные случаи и призывать к ответу всех причастных», - заявляли тогда в мэрии.
После другого случая и. о. председателя комитета по образованию Анна Батурина говорила, что подобные факты недопустимы в любом образовательном учреждении города.
«Вопрос находится на контроле. Мы систематически проводим профилактические мероприятия в детских садах, школах по снижению профессионального выгорания среди наших педагогов и выявлению причин подобного поведения. И мы однозначно принимаем меры по предупреждению подобных фактов», - отмечала она.
Кадры решают все
Любой разговор о безопасности детей в дошкольных учреждениях упирается не только в камеры, проверки и наказания. Он упирается в людей, которые должны работать с группой по десять, двадцать, а иногда и больше малышей каждый день.
В феврале 2024 года комитет по образованию Улан-Удэ открыто заявил о нехватке педагогов для детских садов, школ и учреждений дополнительного образования. Требовались воспитатели и учителя. Город обещал подобрать место ближе к дому, направить на обучение тех, у кого нет педагогического образования, а также напоминал о возможности льготной ипотеки от 0,6% годовых.
Само по себе такое объявление говорит о кадровой проблеме. Когда система вынуждена постоянно искать людей, обучать новичков и закрывать вакансии, нагрузка на оставшихся сотрудников растет. Опытные работники устают. Молодые не всегда задерживаются. В группах может не хватать воспитателей, помощников, психологов, специалистов сопровождения.
Низкие доходы - еще одна часть картины. В конце 2023 года в соцсетях Улан-Удэ обсуждали жалобу мужа нянечки детского сада. Он писал, что жена получает минимальную оплату труда, несмотря на полный рабочий день и постоянную работу с детьми.
В комментариях другие пользователи называли суммы порядка 20 - 25 тыс. рублей, а при максимальной нагрузке - около 27 тысяч. Но это не официальная статистика, а оценки участников обсуждения почти трехлетней давности. Нельзя утверждать, что сегодня зарплаты в каждом детсаду именно такие. Однако саму проблему - высокая ответственность при невысокой оплате и заметная текучесть кадров - тогда признавали многие.
Безусловно, ни низкая зарплата, ни усталость, ни профессиональное выгорание не могут оправдать избиение ребенка. Но эти факторы могут создавать среду риска. Там, где не хватает сотрудников, где один человек постоянно работает за двоих, где нет нормальной психологической поддержки, а зарплата не удерживает квалифицированных специалистов, вероятность срывов и случайных людей в профессии становится выше.
Поэтому профилактика должна начинаться не после видео с камеры и не после заявления матери в полицию. Она начинается с нормального отбора кадров, достаточного числа сотрудников в группах, реальной работы психологов, контроля со стороны заведующих и достойных условий труда.
Дело, которое прокуратура сейчас пытается довести до рассмотрения в интересах маленького воспитанника, пока не завершено. Суд еще не определил, получит ли ребенок компенсацию и какой будет ее сумма. Но уже установлен другой факт: воспитательницу привлекли к административной ответственности за побои.
А значит, для семьи это не просто юридическая формальность. Это попытка добиться того, чтобы произошедшее было признано не «рабочей неприятностью» и не «воспитательным моментом», а тем, чем оно является - недопустимым насилием над ребенком.
Компенсацию пока получить не удалось. Сначала Октябрьский районный суд вернул иск, решив, что обратиться с таким требованием вправе мать ребенка, как законный представитель. Однако Верховный суд Бурятии с этим не согласился. Апелляция указала: малолетний по возрасту сам обратиться в суд не может, а прокурор вправе защищать его личные неимущественные права, даже если у ребенка есть мать.
19 августа Верховный суд отменил определение районного суда и вернул материал обратно - теперь Октябрьский районный суд должен решить вопрос о принятии иска к производству. Это еще не решение о том, будет ли взыскана компенсация и в каком размере. Но сама история уже получила продолжение: административное наказание воспитательницы не стало финальной точкой.
Побои – административка
Согласно материалам суда, мать ребенка обратилась в прокуратуру Октябрьского района Улан-Удэ с просьбой защитить интересы сына. Она рассказала, что 2 февраля 2026 года воспитатель детского сада нанесла ему побои.
Мировой суд признал работницу дошкольного учреждения виновной по ст. 6.1.1 КоАП РФ («Побои»). Это административная статья, которая применяется, когда действия не повлекли последствий, образующих состав уголовного преступления.
После этого прокуратура решила обратиться в суд уже с гражданским иском. Надзорное ведомство попросило взыскать с воспитательницы 100 тыс. рублей компенсации морального вреда.
Логика понятна. Административный штраф или другое наказание по КоАП - это ответственность перед государством. Но ребенок, которого ударили, переживает страх, боль, унижение, может потерять чувство безопасности.
Районный суд сначала не стал рассматривать этот иск. Там посчитали, что прокурор не может обращаться в суд, потому что у мальчика есть законный представитель - мать.
Верховный суд Бурятии указал на другую сторону вопроса. Малолетний ребенок сам защитить свои права не способен. А защита жизни, здоровья и личных неимущественных прав детей - как раз та сфера, в которой участие прокуратуры необходимо и оправдано.
Апелляционная инстанция не оценила размер компенсации и не решила, должна ли воспитательница заплатить 100 тыс. рублей. Суд лишь отменил возврат иска. Теперь дело должно пройти обычную стадию: заявление примут к производству либо разрешат вопрос о его принятии, стороны представят свои аргументы, а суд вынесет решение.
Но сам факт появления такого процесса напоминает: когда взрослый поднимает руку на ребенка в детсаду, последствия не заканчиваются служебной проверкой или административным постановлением.
Не первый и не последний?
За последние два года «Номер один» не раз писал о жестоком обращении с детьми в дошкольных учреждениях Улан-Удэ. Каждый раз обстоятельства различались. Но объединяло их одно: маленькие дети оказывались один на один со взрослым, который вместо воспитания применял силу.
В сентябре 2024 года Следственный комитет Бурятии сообщил об уголовном деле в отношении воспитателя одного из муниципальных детских садов Железнодорожного района. По версии следствия, весной и летом женщина систематически применяла физическое и психическое насилие к троим детям. Еще в отношении нескольких воспитанников ей вменяли ненадлежащее исполнение обязанностей, соединенное с жестоким обращением.
Тогда мать одной из девочек заметила у ребенка травмы и обратилась в полицию. Воспитательницу заключили под стражу.
Впоследствии дело дошло до приговора. В мае 2025 года Железнодорожный районный суд Улан-Удэ признал воспитателя детского сада виновной в истязании детей и ненадлежащем исполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетних. Суд установил, что женщина систематически била и кричала на малышей из группы раннего возраста, причиняя им физические и психические страдания. Важными доказательствами стали записи камер видеонаблюдения.
Женщину приговорили к пяти годам и одному месяцу колонии общего режима. Кроме того, ей на два года запретили заниматься педагогической деятельностью, а также работой, связанной с надзором, воспитанием и уходом за несовершеннолетними.
В ноябре 2024 года появилось еще одно уголовное дело. Следственный комитет сообщил, что младший воспитатель детского сада в Октябрьском районе Улан-Удэ ударила ребенка по лицу. По информации ведомства, насилие в отношении детей могло применяться неоднократно.
Позже выяснились подробности. Младший воспитатель, работавшая в детсаду с 1995 года, ударила двоих четырехлетних детей. Мальчика она пнула по ягодице и дважды ударила ладонью по лицу. Девочку с силой толкнула рукой в голову.
Суд назначил женщине 360 часов обязательных работ и на год лишил права заниматься деятельностью, связанной с воспитанием несовершеннолетних.
Все эти истории разные по тяжести. Где-то речь идет об одном эпизоде, за который работник получил административку. Где-то следствие и суд установили систематическое насилие, за которое воспитатель отправился в колонию. Но для родителей разница между статьями закона не отменяет главного: ребенка отдают в детсад утром, ожидая, что там его накормят, уложат спать, научат общаться и играть. А не ударят, толкнут или запугают.
«Вопрос находится на контроле»
Власти Улан-Удэ пытаются успокоить общественность. В сентябре 2024 года, после ареста очередной воспитательницы, комитет по образованию сообщал, что с руководителями дошкольных учреждений провели совещание об усилении работы по недопустимости физического и психического насилия над детьми.
Чиновники заявляли, что отслеживают жалобы, сигналы и официальные обращения родителей. По таким случаям проводятся служебные расследования, а при необходимости материалы передаются в МВД.
«Комитет по образованию всегда готов рассматривать подобные случаи и призывать к ответу всех причастных», - заявляли тогда в мэрии.
После другого случая и. о. председателя комитета по образованию Анна Батурина говорила, что подобные факты недопустимы в любом образовательном учреждении города.
«Вопрос находится на контроле. Мы систематически проводим профилактические мероприятия в детских садах, школах по снижению профессионального выгорания среди наших педагогов и выявлению причин подобного поведения. И мы однозначно принимаем меры по предупреждению подобных фактов», - отмечала она.
Кадры решают все
Любой разговор о безопасности детей в дошкольных учреждениях упирается не только в камеры, проверки и наказания. Он упирается в людей, которые должны работать с группой по десять, двадцать, а иногда и больше малышей каждый день.
В феврале 2024 года комитет по образованию Улан-Удэ открыто заявил о нехватке педагогов для детских садов, школ и учреждений дополнительного образования. Требовались воспитатели и учителя. Город обещал подобрать место ближе к дому, направить на обучение тех, у кого нет педагогического образования, а также напоминал о возможности льготной ипотеки от 0,6% годовых.
Само по себе такое объявление говорит о кадровой проблеме. Когда система вынуждена постоянно искать людей, обучать новичков и закрывать вакансии, нагрузка на оставшихся сотрудников растет. Опытные работники устают. Молодые не всегда задерживаются. В группах может не хватать воспитателей, помощников, психологов, специалистов сопровождения.
Низкие доходы - еще одна часть картины. В конце 2023 года в соцсетях Улан-Удэ обсуждали жалобу мужа нянечки детского сада. Он писал, что жена получает минимальную оплату труда, несмотря на полный рабочий день и постоянную работу с детьми.
В комментариях другие пользователи называли суммы порядка 20 - 25 тыс. рублей, а при максимальной нагрузке - около 27 тысяч. Но это не официальная статистика, а оценки участников обсуждения почти трехлетней давности. Нельзя утверждать, что сегодня зарплаты в каждом детсаду именно такие. Однако саму проблему - высокая ответственность при невысокой оплате и заметная текучесть кадров - тогда признавали многие.
Безусловно, ни низкая зарплата, ни усталость, ни профессиональное выгорание не могут оправдать избиение ребенка. Но эти факторы могут создавать среду риска. Там, где не хватает сотрудников, где один человек постоянно работает за двоих, где нет нормальной психологической поддержки, а зарплата не удерживает квалифицированных специалистов, вероятность срывов и случайных людей в профессии становится выше.
Поэтому профилактика должна начинаться не после видео с камеры и не после заявления матери в полицию. Она начинается с нормального отбора кадров, достаточного числа сотрудников в группах, реальной работы психологов, контроля со стороны заведующих и достойных условий труда.
Дело, которое прокуратура сейчас пытается довести до рассмотрения в интересах маленького воспитанника, пока не завершено. Суд еще не определил, получит ли ребенок компенсацию и какой будет ее сумма. Но уже установлен другой факт: воспитательницу привлекли к административной ответственности за побои.
А значит, для семьи это не просто юридическая формальность. Это попытка добиться того, чтобы произошедшее было признано не «рабочей неприятностью» и не «воспитательным моментом», а тем, чем оно является - недопустимым насилием над ребенком.
