Происшествия
13.10.2026 в 11:51
В Бурятии слесарь утонул в канализации
Верховный суд назвал виновника трагической смерти
Текст: Станислав Сергеев
Фото: архив «Номер один»
В Кабанском районе слесарь аварийно-восстановительных работ МУП «КОС Селенга», погиб на работе - утонул в канализационном колодце глубиной почти четыре метра. Предприятие пыталось переложить вину на самого погибшего: мол, полез в колодец без наряда-допуска, нарушил технику безопасности. Кабанский районный суд сначала согласился с этим и урезал компенсацию морального вреда до 300 тыс. рублей. Но прокуратура не сдалась и пошла в Верховный суд Бурятии. И там судьи разобрались: оказывается, вину работника в таких случаях может устанавливать только специальная комиссия, а не суд. А комиссия четко сказала: виновато предприятие. В итоге компенсацию подняли до полумиллиона рублей.
Хронология трагедии
30 июня 2025 года слесарь аварийно-восстановительных работ Никита и его напарник получили от мастера участка задание - проверить канализационный колодец в микрорайоне Березовый, где образовался засор. Важный момент: наряд-допуск на опасные работы им никто не выдавал. Мастер отправил их просто осмотреть место и доложить обстановку.
Приехав на место, мужчины открыли крышку колодца глубиной около трех метров, чтобы проверить. Вода в колодце стояла примерно на уровне полуметра от дна. Осмотрев колодец, Никита позвонил дежурному слесарю аварийно-восстановительных работ и водителю вакуумной машины, которые в это время были на других заявках. Попросил приехать с оборудованием. Через 20 – 25 минут те прибыли.
Работники вытащили из машины шланг, лестницу, веревку и лопату. Никита надел защитный костюм, перчатки и спустился в колодец, чтобы вставить шланг в засоренную трубу. Потом поднялся по лестнице так, чтобы голова была над уровнем земли. Водитель запустил воду из вакуумной машины. От давления шланг вылетел из трубы. Работу остановили, шланг вытащили.
Никита снова спустился, вставил шланг, поднялся. На этот раз шланг держался. Напарник отошел к другому колодцу - проверить, идет ли промывка. И тут услышал крик: Никита «съезжает» вниз по лестнице. Напарник бросился назад, спустился в колодец. Никита стоял на дне, держась рукой за лестницу. Глаза открыты, губы черные, лицо посинело. Из трубы лилась сточная вода. Вытащить его не удалось. Вызвали скорую и полицию, но медики констатировали смерть.
Судебно-медицинская экспертиза показала: смерть наступила от механической асфиксии - утопления. В крови не было ни алкоголя, ни отравляющих газов. Морфологическая картина подтвердила классические признаки утопления: мелкопузырчатая пена в трахее и бронхах, повышенная воздушность легких, пятна Рассказова-Лукомского под плеврой, жидкость в пазухе основной кости.
Что показало расследование
По факту гибели провели расследование и составили акт о несчастном случае на производстве. Комиссия работала с 30 июня по 16 октября 2025 года. В нее вошли представители работодателя, государственный инспектор труда, представители профсоюза и другие специалисты.
Комиссия установила основную причину: неудовлетворительная организация производства работ. А именно - работника допустили к работе повышенной опасности без наряда-допуска, без назначения ответственного руководителя, без обучения безопасным методам работы в ограниченных и замкнутых пространствах и без страховочной системы, включающей анкерное устройство, страховочную привязь и соединительно-амортизирующую подсистему.
В акте прямо указали виновных: бывший директор предприятия и мастер участка. А вот грубой неосторожности в действиях самого погибшего комиссия не усмотрела.
Более того, комиссия зафиксировала конкретные нарушения работодателем требований Трудового кодекса. Статья 214 обязывает работодателя создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места. А пункт 18 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах требует организовать до начала работ обучение безопасным методам и приемам выполнения работ в таких пространствах. Ничего этого сделано не было.
Кто виноват?
Прокуратура Кабанского района обратилась в суд в интересах сына погибшего. Парень на тот момент отбывал наказание в УФИЦ ФКУ ИК-8 УФСИН России по Бурятии, но с отцом поддерживал теплые отношения: они созванивались, переписывались, отец навещал сына и передавал посылки. Последний раз они виделись в начале июня 2025 года, когда отец приезжал в колонию-поселение.
Прокурор просил взыскать с предприятия полмиллиона рублей компенсации морального вреда. Но Кабанский районный суд решил иначе. Судья посчитал, что в действиях погибшего была грубая неосторожность: он сам, без указаний мастера, вызвал машину, сам спустился в колодец, не использовал страховочную привязь, каску и респиратор. Мол, если бы соблюдал правила, ничего бы не случилось. С учетом этой «вины» работника суд снизил компенсацию до 300 тыс. рублей.
Хронология трагедии
30 июня 2025 года слесарь аварийно-восстановительных работ Никита и его напарник получили от мастера участка задание - проверить канализационный колодец в микрорайоне Березовый, где образовался засор. Важный момент: наряд-допуск на опасные работы им никто не выдавал. Мастер отправил их просто осмотреть место и доложить обстановку.
Приехав на место, мужчины открыли крышку колодца глубиной около трех метров, чтобы проверить. Вода в колодце стояла примерно на уровне полуметра от дна. Осмотрев колодец, Никита позвонил дежурному слесарю аварийно-восстановительных работ и водителю вакуумной машины, которые в это время были на других заявках. Попросил приехать с оборудованием. Через 20 – 25 минут те прибыли.
Работники вытащили из машины шланг, лестницу, веревку и лопату. Никита надел защитный костюм, перчатки и спустился в колодец, чтобы вставить шланг в засоренную трубу. Потом поднялся по лестнице так, чтобы голова была над уровнем земли. Водитель запустил воду из вакуумной машины. От давления шланг вылетел из трубы. Работу остановили, шланг вытащили.
Никита снова спустился, вставил шланг, поднялся. На этот раз шланг держался. Напарник отошел к другому колодцу - проверить, идет ли промывка. И тут услышал крик: Никита «съезжает» вниз по лестнице. Напарник бросился назад, спустился в колодец. Никита стоял на дне, держась рукой за лестницу. Глаза открыты, губы черные, лицо посинело. Из трубы лилась сточная вода. Вытащить его не удалось. Вызвали скорую и полицию, но медики констатировали смерть.
Судебно-медицинская экспертиза показала: смерть наступила от механической асфиксии - утопления. В крови не было ни алкоголя, ни отравляющих газов. Морфологическая картина подтвердила классические признаки утопления: мелкопузырчатая пена в трахее и бронхах, повышенная воздушность легких, пятна Рассказова-Лукомского под плеврой, жидкость в пазухе основной кости.
Что показало расследование
По факту гибели провели расследование и составили акт о несчастном случае на производстве. Комиссия работала с 30 июня по 16 октября 2025 года. В нее вошли представители работодателя, государственный инспектор труда, представители профсоюза и другие специалисты.
Комиссия установила основную причину: неудовлетворительная организация производства работ. А именно - работника допустили к работе повышенной опасности без наряда-допуска, без назначения ответственного руководителя, без обучения безопасным методам работы в ограниченных и замкнутых пространствах и без страховочной системы, включающей анкерное устройство, страховочную привязь и соединительно-амортизирующую подсистему.
В акте прямо указали виновных: бывший директор предприятия и мастер участка. А вот грубой неосторожности в действиях самого погибшего комиссия не усмотрела.
Более того, комиссия зафиксировала конкретные нарушения работодателем требований Трудового кодекса. Статья 214 обязывает работодателя создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места. А пункт 18 Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах требует организовать до начала работ обучение безопасным методам и приемам выполнения работ в таких пространствах. Ничего этого сделано не было.
Кто виноват?
Прокуратура Кабанского района обратилась в суд в интересах сына погибшего. Парень на тот момент отбывал наказание в УФИЦ ФКУ ИК-8 УФСИН России по Бурятии, но с отцом поддерживал теплые отношения: они созванивались, переписывались, отец навещал сына и передавал посылки. Последний раз они виделись в начале июня 2025 года, когда отец приезжал в колонию-поселение.
Прокурор просил взыскать с предприятия полмиллиона рублей компенсации морального вреда. Но Кабанский районный суд решил иначе. Судья посчитал, что в действиях погибшего была грубая неосторожность: он сам, без указаний мастера, вызвал машину, сам спустился в колодец, не использовал страховочную привязь, каску и респиратор. Мол, если бы соблюдал правила, ничего бы не случилось. С учетом этой «вины» работника суд снизил компенсацию до 300 тыс. рублей.
Представитель предприятия в суде первой инстанции настаивал: вины МУП «КОС Селенга» нет. Мол, погибший сам допустил нарушения, сам принял решение спуститься в колодец без указаний и без страховки, не уведомил мастера о своих действиях. Третьи лица - мастер и бывший директор - тоже утверждали, что работник должен был доложить обстановку, получить наряд-допуск и только потом приступать к работам. А он вместо этого вызвал машину и полез в колодец.
Второй раунд
Прокуратура обжаловала это решение. И Верховный суд Бурятии встал на сторону погибшего и его сына.
Ключевой аргумент: по Трудовому кодексу устанавливать обстоятельства несчастного случая, включая наличие грубой неосторожности работника, может только специальная комиссия. Она создается из представителей работодателя, профсоюза, государственного инспектора труда и других специалистов. И только эта комиссия вправе сделать вывод, виноват ли сам пострадавший, и определить степень его вины в процентах.
В данном случае комиссия четко написала: грубой неосторожности в действиях Никиты нет. Виноваты директор и мастер, которые не организовали безопасные условия труда. Акт никто не обжаловал, он вступил в силу. И суд первой инстанции не имел права «переписывать» выводы комиссии по своему усмотрению.
Верховный суд подчеркнул: акт о несчастном случае - это официальный документ, и суд может его оценивать только в том виде, в каком он есть, без корректировок. Раз комиссия сказала «вины работника нет», значит, так и есть. А значит, у суда не было оснований снижать компенсацию.
Судебная коллегия также отметила: предприятие, как работодатель, обязано нести ответственность за безопасность своих сотрудников. А нарушения, которые допустило МУП, находятся в прямой причинно-следственной связи с гибелью человека. Не было бы этих нарушений, работник не оказался бы в колодце без страховки и без контроля.
Верховный суд отменил решение районного суда в части размера компенсации и увеличил ее до 500 тыс. рублей. Судьи учли, что погибший был единственным близким человеком для сына, что молодой парень тяжело переживает утрату, что они поддерживали связь даже когда сын находился в колонии. А еще учли, что предприятие грубо нарушило правила охраны труда и это привело к смерти.
Прокуратура обжаловала это решение. И Верховный суд Бурятии встал на сторону погибшего и его сына.
Ключевой аргумент: по Трудовому кодексу устанавливать обстоятельства несчастного случая, включая наличие грубой неосторожности работника, может только специальная комиссия. Она создается из представителей работодателя, профсоюза, государственного инспектора труда и других специалистов. И только эта комиссия вправе сделать вывод, виноват ли сам пострадавший, и определить степень его вины в процентах.
В данном случае комиссия четко написала: грубой неосторожности в действиях Никиты нет. Виноваты директор и мастер, которые не организовали безопасные условия труда. Акт никто не обжаловал, он вступил в силу. И суд первой инстанции не имел права «переписывать» выводы комиссии по своему усмотрению.
Верховный суд подчеркнул: акт о несчастном случае - это официальный документ, и суд может его оценивать только в том виде, в каком он есть, без корректировок. Раз комиссия сказала «вины работника нет», значит, так и есть. А значит, у суда не было оснований снижать компенсацию.
Судебная коллегия также отметила: предприятие, как работодатель, обязано нести ответственность за безопасность своих сотрудников. А нарушения, которые допустило МУП, находятся в прямой причинно-следственной связи с гибелью человека. Не было бы этих нарушений, работник не оказался бы в колодце без страховки и без контроля.
Верховный суд отменил решение районного суда в части размера компенсации и увеличил ее до 500 тыс. рублей. Судьи учли, что погибший был единственным близким человеком для сына, что молодой парень тяжело переживает утрату, что они поддерживали связь даже когда сын находился в колонии. А еще учли, что предприятие грубо нарушило правила охраны труда и это привело к смерти.
