«Про живых не пишем»
Из исторической книги о буддизме в Бурятии «выпало» одно имя
На прошлой неделе Бурятия праздновала юбилей института Хамбо-лам. В честь этого события была выпущена книга, которая так и называется - «250 лет институту Пандито Хамбо-лам».
Книга является, как позиционируют ее авторы, оригинальным и полным в фактологическом отношении исследованием: «Она дает целостное представление об истории становления буддийской традиции и в целом Сангхи России».
Сообщается, что в очерках изложена 250-летняя история развития института Пандито Хамбо-лам «сквозь призму взаимоотношений между бурятской буддийской общиной, с одной стороны, и Российской империей, СССР и Российской Федерацией, с другой. В целом книга носит научно-популярный, религиозный характер и вносит важный вклад в исследование истории буддизма в России».
Книга была презентована публике всего лишь неделю назад, но внимательные читатели уже обнаружили в ней одну странность. В книге жизнеописаний хамбо-лам практически не упоминается, например, предшественник действующего главы Буддисткой традиционной Сангхи Дамбы Аюшеева Чой-Доржи Будаев. Ныне он возглавляет независимую буддийскую общину «Ламрим».
По словам автора-составителя книги Александра Махачкеева, все дело в том, что кенсур лама еще жив. «Про него и Жамьяна Шагдарова указано, что они были в такой-то короткий период. К тому же они еще живые. Они еще не все совершили, поэтому было решено писать только про тех, которых уже нет в этой жизни. Им уже всем поставлены субурганы. А эти еще действующие, еще все впереди у них», - сказал он. По его словам, личные взаимоотношения между бывшим Хамбо-ламой и действующим никак не повлияли на такую странную особенность содержания книги.
Сам «еще живой» священнослужитель, напротив, уверен, что причина кроется как раз в межличностных отношениях. «Что сделаешь, у нас такая ситуация, все прекрасно знают. Дело в человеке, в личности – амбициозном и властолюбивом, который сегодня руководит Сангхой», - сказал он. Речь идет о давнем конфликте между буддийскими иерархами, уходящем корнями в девяностые годы: не секрет, что у Чой-Доржи Будаева и главы Сангхи есть ряд идейных разногласий.
Впрочем, никаких обид из-за отсутствия своего имени в книге Чой-Доржи Будаев не испытывает: «Зачем обижаться? Это же давно известно, и в нашей стране это естественно. Для меня самое большое значение имеет то, как Далай-лама ко мне относится, а все остальное пустяки».
Владимир Бадмаев, «Номер один»
Книга является, как позиционируют ее авторы, оригинальным и полным в фактологическом отношении исследованием: «Она дает целостное представление об истории становления буддийской традиции и в целом Сангхи России».
Сообщается, что в очерках изложена 250-летняя история развития института Пандито Хамбо-лам «сквозь призму взаимоотношений между бурятской буддийской общиной, с одной стороны, и Российской империей, СССР и Российской Федерацией, с другой. В целом книга носит научно-популярный, религиозный характер и вносит важный вклад в исследование истории буддизма в России».
Книга была презентована публике всего лишь неделю назад, но внимательные читатели уже обнаружили в ней одну странность. В книге жизнеописаний хамбо-лам практически не упоминается, например, предшественник действующего главы Буддисткой традиционной Сангхи Дамбы Аюшеева Чой-Доржи Будаев. Ныне он возглавляет независимую буддийскую общину «Ламрим».
По словам автора-составителя книги Александра Махачкеева, все дело в том, что кенсур лама еще жив. «Про него и Жамьяна Шагдарова указано, что они были в такой-то короткий период. К тому же они еще живые. Они еще не все совершили, поэтому было решено писать только про тех, которых уже нет в этой жизни. Им уже всем поставлены субурганы. А эти еще действующие, еще все впереди у них», - сказал он. По его словам, личные взаимоотношения между бывшим Хамбо-ламой и действующим никак не повлияли на такую странную особенность содержания книги.
Сам «еще живой» священнослужитель, напротив, уверен, что причина кроется как раз в межличностных отношениях. «Что сделаешь, у нас такая ситуация, все прекрасно знают. Дело в человеке, в личности – амбициозном и властолюбивом, который сегодня руководит Сангхой», - сказал он. Речь идет о давнем конфликте между буддийскими иерархами, уходящем корнями в девяностые годы: не секрет, что у Чой-Доржи Будаева и главы Сангхи есть ряд идейных разногласий.
Впрочем, никаких обид из-за отсутствия своего имени в книге Чой-Доржи Будаев не испытывает: «Зачем обижаться? Это же давно известно, и в нашей стране это естественно. Для меня самое большое значение имеет то, как Далай-лама ко мне относится, а все остальное пустяки».
Владимир Бадмаев, «Номер один»