30.01.2018
«Стальмост» сольют за 19 миллионов?
Бизнес-киллеры прорвали оборону бурятского мостостроительного гиганта

Сага о «Стальмосте» подходит к финалу. Снаружи все как будто позитивно: объявлено, что у завода новый инвестор, перспективы получения заказов и прочие рыночные блага. Но ни власти Бурятии, для которых спасение предприятия – хороший повод заработать очков перед выборами, ни менеджмент завода, ни новый инвестор до сих пор не проронили ни слова. Снаружи все тихо – даже слишком. Зато за кулисами происходят настоящие войны, проворачиваются схемы, идет битва, результатом которой может стать уничтожение крупнейшего предприятия Сибири.

Не попал под крыло

Начнем сначала. В первой половине «десятых» годов «Улан-Удэстальмост», успешно переживший и «лихие девяностые», и крутые «нулевые», оказался в глубоком кризисе. На завод просто перестали поступать заказы. Притом что кризисом на мостостроительном рынке в целом на тот момент и не пахло. То есть причина не в том, что в России перестали строить мосты. А вот в чем – вопрос открытый.

Эксперты подозревают, что на рынке произошел передел, результатом которого стало объединение профильных заводов под одним крылом со связями в Москве на высоком уровне и мощными активами. «Улан-Удэстальмост» под это крыло не попал.

На фоне падения выручки наш завод стал испытывать трудности с выплатой кредитов банкам. Сейчас он должен кредитным организациям порядка полутора миллиардов рублей.

Хитрый ход

Кредиторы и чиновники срочно стали искать способы спасения предприятия. Был предложен вариант: завести на «Стальмост» инвестора, который оплатит все долги и загрузит завод заказами.

И такой инвестор нашелся. «Иркутский завод тяжелого машиностроения» изъявил желание спасти «Улан-Удэстальмост» в 2015 году. Начиналось все хорошо: стороны разработали дорожную карту, договорились об инвестициях и загрузке. Но потом тогдашний директор «Стальмоста» Анатолий Суслов в какой-то момент понял, что происходит попытка поглощения или полного подчинения предприятия, и публично разорвал все соглашения.

Действительно, деятельность иркутского завода у многих вызывает вопросы. И чем бы закончилась история, не забей Анатолий Суслов тревогу, неизвестно. Не исключено, что распилом.

Ведь на сегодня сам «Иркутский завод тяжелого машиностроения» погряз в долгах – только исполнительных производств у предприятия почти на 30 миллионов, не говоря уже о попытках его кредиторов начать процедуру банкротства. Как иркутяне собирались спасать наш «Стальмост» при таком раскладе, непонятно.

После этого кредиторы стали активно штурмовать арбитражные суды, пытаясь обанкротить «Улан-Удэстальмост», чтобы потом пустить его с молотка. Но менеджмент предприятия провернул хитрый ход. Так как на балансе завода числится котельная, которая отапливает близлежащие дома, то юристы добились признания «Стальмоста» субъектом естественной монополии. Это позволяло заводу до поры до времени отбиваться от нападок кредиторов, ведь по закону обанкротить предприятие с таким статусом весьма непросто.  

Новые «друзья»

Между тем дела на заводе все также шли не очень. Полуторамиллиардный долг никуда не исчез, долги по зарплатам – тоже. Небольшие заказы, которые удавалось выбить руководству предприятия, ситуацию не спасали. С приходом в Бурятию Алексея Цыденова была большая надежда на его связи в Минтрансе, что он поможет загрузить завод заказами.  

Но тут на горизонте снова появился инвестор в лице бизнесмена Туфана Садыгова, владельца компании «Волгомост» и, как пишут федеральные СМИ, имеющего непосредственное отношение к структурам, связанным с близким к Кремлю миллиардером Аркадием Ротенбергом.

В очередной раз была разработана дорожная карта. Условия сотрудничества были простые: владельцы «Стальмоста» объявляют о самоликвидации предприятия, что снимает проблемы и ограничения, связанные со статусом естественной монополии. Такая процедура предполагает переход сразу к конкурсному производству. То есть все имущество предприятия должно было быть выставлено на торги без долгих процедур наблюдения, оздоровления и прочего.

После к делу подключаются структуры Садыгова, которые гасят долги завода, выплачивают прежним собственникам отступные (по нашей информации, примерно миллион долларов) и далее берут на себя бремя по возрождению «Стальмоста» – инвестициям и загрузке его заказами.

Темная лошадка

Здесь стоит отдельно остановиться на личности Туфана Садыгова и его активах. Компания «Волгомост», с которой, прежде всего, связывают его имя, с одной стороны позиционирует себя как лидер на рынке мостостроения. «Волгомост» – наследник треста, основанного в Саратове в 1961 году. В его состав входят восемь мостоотрядов, механизированное и проектное подразделения. Компания известна крупными проектами по всей стране.

Однако сегодня дела компании идут, мягко говоря, не блестяще. Предприятию предъявлены претензии кредиторов суммой 20 миллиардов рублей, в то время как его активы оцениваются в 12 миллиардов.

Рабочие связывают проблемы со сменой собственника. Как сообщают различные СМИ, в 2004 году совладельцем предприятия стала самарская группа компаний «СОК». А в марте 2011 года группа «СОК» продала «Волгомост» сторонним инвесторам. По данным газеты «Коммерсантъ», новыми владельцами компании стали несколько оффшорных структур, которые издание относило к активам бизнесмена Аркадия Ротенберга. Это же напрямую утверждал портал «Слон». Однако официально представители Ротенберга связь с «Волгомостом» отрицали и делают это до сих пор.

В феврале 2014 года предприятие перешло от кипрских владельцев в руки нескольких фирм: ОАО «Дмитровский автодор», ТД «Автотрансстрой», производственное предприятие «Устой», «Клинское дорожное ремонтно-строительное управление» и «Подрезково технопарк». Их бенефициаром является уже известный нам «спаситель» «Стальмоста» Туфан Садыгов.

После вывода «Волгомоста» из оффшоров началось взыскание с него долгов в пользу былых партнеров, подконтрольных Аркадию Ротенбергу. В частности, фирма «Трансстроймеханизация» взыскала с «Волгомоста» долг в размере 165,9 миллиона рублей и неустойку в 11 миллионов.

Весной 2016 года рабочие этого предприятия вышли на митинг. В числе прочего организаторы акции заявляли, что территорию мостоотрядов планируют застроить элитным жильем и пирсами для яхт.

Сейчас «Волгомост» находится в процедуре банкротства. Как и ряд других компаний, к которым имел отношение Туфан Садыгов.

Арбитражная ловушка

Знали ли собственники «Стальмоста» о столь неоднозначной репутации невесть откуда взявшегося инвестора, нам доподлинно неизвестно. Но свою часть сделки они выполнили – объявили о ликвидации завода в августе прошлого года. Спустя некоторое время стало понятно, что денег от Садыгова они не дождутся. По сути они просто открыли дорогу кредиторам для банкротства, ничего не получив взамен.

Тогда руководство «Стальмоста» предпринимает попытку отменить свое решение о ликвидации. Но, как оказалось, предвидя возможные действия «Стальмоста», банк-кредитор успел подстраховаться: 5 декабря 2017 судья Арбитражного суда Бурятии Елена Аюшеева вынесла определение, согласно которому был наложен запрет общему собранию акционеров «принимать решения по прекращению ликвидации ЗАО «Улан-Удэстальмост» и прекращению деятельности ликвидационной комиссии ЗАО «Улан-Удэстальмост».

То есть «Стальмост» попал в ловушку. Отменить ликвидацию – нельзя, а деньгами и спасением предприятия и не пахнет.

Тем временем процедура банкротства закрутилась – в судах кредиторы требуют немедленно запустить конкурсное производство. В арбитражном деле появился документ об оценке пакета акций «Стальмоста» в 190 с лишним миллионов. И хотя эта оценка не была утверждена должным образом, это не мешает кредиторам активно использовать ее на судебных заседаниях.

С молотка

По правилам конкурсного производства в первый раз пакет акций предприятия будет выставлен на торги по полной стоимости. В случае отсутствия покупателей цена будет снижена на десять процентов. И так до тех пор, пока сумма выкупа не упадет до минимального значения – десять процентов от первоначальной стоимости.

В обычной процедуре банкротства весь этот процесс может занять до года. Однако, из-за того что «Стальмост» сам объявил о ликвидации, временные рамки сжимаются.  И если процедура запустится, предприятие уйдет с молотка в течение месяца. В перспективе не исключена ситуация, что крупнейшее предприятие Бурятии может уйти за 19 миллионов рублей.

Безусловно, кто попало выкупить пакет акций «Стальмоста» не сможет. Если конкурсный управляющий у кредиторов – свой человек (такое порой случается), то он найдет множество оснований, чтобы отфильтровать ненужных покупателей.

Конечно, под «нужными» людьми мы подразумеваем, прежде всего, Туфана Садыгова. Именно ему, по нашей информации, предназначаются активы «Стальмоста». А конечным выгодоприобретателем, судя по всему, станут структуры, подконтрольные Аркадию Ротенбергу, который подобрал под себя почти весь мостостроительный бизнес России.

Эксперты уверены: «Стальмост» убьют не сразу. Возможно, выкупившие предприятие за бесценок структуры выполнят несколько территориально близких заказов. А после сошлются на убыточность и распилят завод. Дорогостоящее оборудование уедет на запад страны. А землю продадут под коммерческую застройку.

Впрочем, пока еще «Стальмост» держится. Судья Филиппова, которая ведет дело, старается более досконально изучить ситуацию и не торопится удовлетворять требования кредиторов.

Однако обратный отсчет почти закончен. И вот-вот судьба завода будет решена. В чью пользу, пока непонятно. Хочется верить, что «Улан-Удэстальмост» все же будет спасен. Хотя чрезмерный оптимизм в этой ситуации вряд ли уместен.

Артем Самсонов, «Номер один»
Фото: russianstock.ru


В связи с ужесточением требований связанных со сбором и хранением персональных данных, мы отказались от размещения комментариев на нашем сайте. Если вы желаете высказаться по тому или иному информационному поводу, предлагаем сделать репост публикации в любую соцсеть и оставить свой комментарий на личной странице.


^