05.07.2018
«Спасители Стальмоста» раздирают между собой останки предприятия
Сага о «Стальмосте» продолжает «радовать» новыми действующими лицами и неожиданными поворотами сюжета

Новые собственники, арбитражный управляющий, кредиторы, чиновники – все вращаются вокруг бывшего мостостроительного гиганта Бурятии. Большинство из них ставит перед собой одну-единственную цель: обогащение. Причем достижение этой цели, как правило, идет вразрез с задачей, которая оглашается публично: спасти предприятие от смерти.

Доброжелатель со знаком вопроса

Вкратце вспомним историю. «Улан-Удэстальмост», будучи одним из крупнейших предприятий Бурятии, весьма уверенно пережил и девяностые, и нулевые годы. Десятые у предприятия как-то не задались. Завод в какой-то момент оказался без заказов, начались проблемы.
Банки перестали получать выплаты по кредитам, рабочие – зарплаты. Попытки спасения предприятия не удавались, и завод засасывало все глубже в финансовую яму.

Тем временем власти Бурятии, озадачившись проблемой, предложили менеджменту завода спасение в виде инвестора – бизнесмена Туфана Садыгова, владельца московской компании АО «Волгомост». Но – на определенных условиях.

А именно: владельцы «Стальмоста» объявляют о самоликвидации предприятия. Такая процедура предполагает переход сразу к конкурсному производству. То есть все имущество предприятия должно было быть выставлено на торги без долгих процедур наблюдения, оздоровления и прочего.

После к делу подключаются структуры Садыгова, которые гасят долги завода, выплачивают прежним собственникам отступные (по нашей информации, примерно миллион долларов) и далее берут на себя бремя по возрождению «Стальмоста» – инвестициям и загрузке его заказами.

Но план взять предприятие с наскока не удался, Арбитражный суд РБ решил пойти по стандартной процедуре: наблюдение, признание банкротом, конкурсное производство.

По инициативе мелкого кредитора, небольшой иркутской компании ООО ТК «Байкалтрансгруппа» с уставным капиталом 10 000 рублей, была запущена процедура банкротства «Стальмоста».   В итоге менеджмент мостостроительного гиганта оказался в ловушке. Ведь стандартная процедура банкротства в их планы не входила.

К тому же надо понимать, что в России   процедура банкротства, которая по идее задумывалась как процесс финансового оздоровления предприятия, на практике стала одним из лучших инструментов для передела собственности. Причем в ее процессе происходит, как правило, не передача предприятия, которое неэффективно управляется, новому, эффективному собственнику, как это предполагает закон, а увод работающих активов к тому, кто знает, кому и сколько надо заплатить.

В общем, на запах крови приплыли акулы: все, кому задолжал мостостроительный гигант. И сейчас идет активная дележка мяса погибающего динозавра.

Игра в наперстки

Впрочем, пока кредиторы и суд разбираются, кто кому и сколько должен, «Стальмост» получает заказы. Правда, это совсем не тот «Стальмост», о котором мы говорим.  Рядом с ЗАО «Улан-Удэстальмост» было создано ООО с таким же названием. Именно эта новая компания и получает заказы, и деньги за эти заказы. В распоряжении редакции оказались документы, которые говорят, что ООО «Улан-Удэстальмост» регулярно получает крупные денежные средства от ООО «Хотьковский автомост».

Эта компания, которая перечисляет деньги новому «Стальмосту», недавно выиграла контракт на строительство и реконструкцию участков автомобильной дороги М-53 «Байкал» через Братск, Усть-Кут, Мирный до Якутска. Цена контракта – почти два миллиарда рублей. Срок – до 2020 года.

То есть можно предположить, что ЗАО «Улан-Удэстальмост», о спасении которого так много и громко говорится, может просуществовать еще максимум два года, а то и меньше – пока он нужен для отработки заказов по этому контракту. Но что будет с заводом дальше?

Есть ряд фактов, которые намекают нам, что новые собственники не очень-то заинтересованы в спасении предприятия. Во-первых, зачем создавать новое ООО и замыкать на нем заказы? Ответ прост: чтобы финансы шли мимо ЗАО.

Во-вторых, новые собственники очень стараются не вкладывать лишние деньги в ЗАО. Пример: все имущество, которое числится на ЗАО «Улан-Удэстальмост», сегодня находится в аренде у одноименной ООО-шки. Причем за мизерную цену – 2,8 миллиона рублей. Кому-то может показаться, что это внушительная сумма. Но арендуемая площадь – 340 тысяч квадратных метров. В итоге один «квадрат» обходится им чуть более восьми рублей. И это не считая уникального оборудования и прочего.

Добавим сюда тот факт, что долги по зарплате до сих пор не погашены, и придем к выводу, что «инвесторы» не хотят особо тратиться на погибающее предприятие. И, как только будут отработаны полученные недавно заказы, оно станет им неинтересно.

К тому же и у инвестора Туфана Садыгова не все в порядке не только с его многочисленными активами – долги, митинги рабочих, банкротства, но и с личными финансами. В мае этого года ПАО «Банк ВТБ» подал иск на банкротство самого Садыгова как физического лица. Ближайшее заседание назначено на 30 августа.

Гиена против льва

А теперь вернемся к компании, по чьей инициативе, собственно, и началась процедура банкротства – к ООО ТК «Байкалтрансгруппа». Ему «Стальмост» должен около 17 миллионов рублей. Как видим, не самый крупный кредитор. К примеру, Сбербанку должны почти 1,5 миллиарда.  Но именно «Байкалтрансгруппе», судя по всему, удалось поставить своего конкурсного управляющего – жителя Иркутска Юрия Никонова. Учитывая тот факт, что в недавно созданный комитет кредиторов вошли только три человека, из них двое – представители Сбербанка, понятно, что ни Сбербанк, ни «Байкалтрасгруппа» внакладе не останутся. Именно они будут решать, кому сколько и когда заплатить по долгам. Вопрос – что будет с другим, незаложенным, имуществом.

Как показывает практика, умение оздоравливать предприятия – отнюдь не главное в работе арбитражного управляющего. Реальные цели, которые пытаются достичь при возбуждении процедуры банкротства, обычно другие: захват предприятия группой незначительных кредиторов; формальная смена собственника с получением им «чистого» предприятия, свободного от всех долгов, включая бюджетные; форсирование решений любых хозяйственных споров; просто легальная слежка за предприятием. А вот какая из них будет достигнута – это целиком и полностью зависит от выбранного арбитражного управляющего. Именно от его виртуозности зависит, что произойдет с предприятием

А пока управляющий ведет странную игру, которая явно противоречит интересам «Стальмоста».

В чем это выражается? Во-первых, в рамках процедуры банкротства проходит процесс инвентаризации. Управляющий описывает все имущество, которое можно продать и на вырученные деньги расплатиться с кредиторами. И здесь появляются странности. Например, по нашей информации, на стоянке завода находились два дорогостоящих автомобиля – «Лексус» и «Тойота-Камри», принадлежавшие заводу. Были ли они внесены управляющим в инвентаризационную опись, непонятно. Известно лишь одно – сейчас их на заводской стоянке нет. Это лишь маленький пример того, что происходит вокруг имущества предприятия.

Еще одна странность: для проведения проверки была приглашена аудиторская компания. Сумма, за которую та согласилась работать со «Стальмостом», – 1,5 миллиона. Знающие люди уверяют, что подобные услуги на рынке оцениваются в разы дешевле.

Правда, самые лакомые кусочки пока находятся вне зоны доступа для конкурсного управляющего. Основные производственные мощности находятся в аренде у ООО «Улан-Удэстальмост». К тому же люди Садыгова привезли сюда аж из самой Москвы охранное агентство «Гладиатор», сотрудники которого очень ревностно относятся к охране арендованного имущества от различных посягательств.

Впрочем, последним радоваться осталось недолго. Дело в том, что срок аренды истекает в июле этого года. И решать, продлить или не продлить договор аренды, будет как раз управляющий – Юрий Никонов.

Есть подозрения, что продлять этот договор он не станет. И когда охранное агентство покинет завод, оборудование и прочие дорогостоящие вещи отправятся в том же направлении, что и «Лексус» с «Камри».

Очередной комбинатор

Для понимания ситуации остановимся чуть более подробно на личности Юрия Никонова. Его фамилия звучала в Бурятии совсем недавно – во время не менее скандального банкротства дорожно-строительного гиганта «Икат плюс», детища депутата Хурала Бато Очирова.

В марте прошлого года арбитражный суд Бурятии рассмотрел жалобу ООО «Атлант» на действия конкурсного управляющего «Икат плюс» Юрия Никонова. Кредитор дорожной компании требовал его отстранения за допущенные в ходе банкротства нарушения при продаже ТЦ «Форум». По мнению представителей «Атланта», находясь в сговоре с банком, конкурсный управляющий занизил начальную стоимость продажи торгового центра, чем нарушил права кредиторов.

Впрочем, более всего Юрий Никонов известен в Иркутской области. Откуда он, собственно, к нам и прибыл. Причем известен он давно.

Так, в распоряжении редакции оказалось письмо, датированное 2003 годом. В нем акционеры ЗАО «Мальтинский» обращаются за помощью к прокурору, начальнику управления сельского хозяйства области, председателю арбитражного суда и иже с ними.

Суть обращения проста. На тот момент ЗАО «Мальтинский», бывший совхоз, находилось в процедуре ликвидации. Конкурсным управляющим был назначен уже известный нам Юрий Никонов. Ему передали все имущество. В итоге, как пишут авторы письма, одна «молочно-товарная ферма разграблена», другая «перестала существовать», «разобрана на стройматериалы центральная усадьба ЗАО «Мальтинский» и многое другое.

В общем, вокруг бурятского «Стальмоста» кружат падальщики, задача которых – выжать с предприятия максимум, после чего отправить его в историю. Кто победит в этой заварушке, нам неизвестно. Понятно лишь, что прямо сейчас под носом у правительства Бурятии происходит уничтожение этого предприятия. И, как ни печально это констатировать, мостостроительный гигант обречен при любом раскладе.

Артем Самсонов, «Номер один»
Фото: russianstock.ru
Социальные комментарии Cackle
^