15.09.2018
Южлагские хроники
Буузы за плату, Достоевский и нехватка древесины – будни особого режима

«Зона» УФСИН в Южлаге встречает моросящим дождем, холодным ветром, маленькой железной беседкой – местом для курения, километрами колючей проволоки и высоким забором с грозными надписями. Особо охраняемый режимный объект. Здесь даже птицы своеобразные. Окрестности оглашаются громкими криками ворон, которые будто передают друг другу тюремные вести. Большие орущие птицы перелетают с дерева на дерева, мрачно посматривая на людей внизу.

Вышку не фотографировать!

В мире нет радостных колоний. И в исправительной колонии № 2 в поселке Южный, в пригороде Улан-Удэ, тоже нет повода веселиться. Черная одежда с биркой (фото и ФИО), распорядок, вышки с охранниками. Никакой тюремной романтики не существует - это лучше понять на чужой жизни, а не на своей.

- Вышку фотографировать не надо, - говорят сотрудники, когда идем к воротам.

Люди в форме здесь всегда настороже. В этом году, как позднее отметили в руководстве колонии, зафиксировано три случая использования арбалетов. Прикрепив запрещенный предмет, злоумышленники запускают стрелу внутрь периметра колонии. Но, как показывает опыт, арбалетчиков тоже можно поймать.

Как это делают, не совсем понятно. Запустив стрелу издалека, стрелок должен быстро покидать зону запуска, которую будут прочесывать. Но они то и дело как-то попадают в руки правоохранителей. Кое-кто из арбалетчиков уже получил свой приговор и свое небо «в клеточку».

- Заходить по трое, - разъясняют УФСИНовцы на пропускном пункте. Тут все в решетках, пусть и покрашенных в светлый цвет. Оставляем паспорта, сотовые телефоны, вытаскиваем металлические предметы и вперед – на досмотр ручным металлодетектором. Зажигалки, оказывается, тоже под запретом.

«Пыточной» камеры никогда не было

Сюда из прочих колоний республики временно этапируются активные приверженцы криминальных традиций.

Для них существует специальное здание - единое помещение камерного типа (ЕПКТ), полностью изолированное от других отрядов. Условия там еще более жесткие. Сейчас в ЕПКТ около тридцати заключенных.

- Все они признаны злостными нарушителями, имеют большое количество нарушений установленного порядка отбывания наказания. В период нахождения здесь они не имеют возможности оказывать негативное влияние на осужденных, которые придерживаются правил. Камеры оборудованы круглосуточным видеонаблюдением, - говорят в колонии.

В ИК-2 недавно произошел скандал. Во время посещения учреждения Уполномоченным по правам человека один из сотрудников якобы сказал про одну из камер, что это «пыточная».

- Такой камеры в колонии не существует. Это обычная камера, - говорят сотрудники. Они были ошарашены, когда в СМИ республики со ссылкой на аппарат Уполномоченного заговорили о том, что в учреждении есть «пыточная» камера.

В Южлаг пришел «Стальмост»

В свое время колония имело хорошее производство. Например, был цех «Авиазавод». 

- В начале 1990-х годов цех был полностью заставлен станками. Работало порядка трехсот осужденных, выходили в три смены. Сейчас этого нет. Был цех «Теплоприбор», чего только не было. В стране произошли изменения, на сегодняшний день связи потеряны. Имеются проблемы по трудоустройству, - отмечает начальник колонии у покинутого здания.

Чтобы начать возобновлять работу в одном из цехов, сегодня достигнута договоренность со «Стальмостом».

- Завозим сварочные аппараты. Они будут поставлять готовую, нарезанную продукцию. Мы будем варить. Будем оказывать услуги по изготовлению деталей для мостов. Конечно, за работу «Стальмост» будет производить оплату, - говорит о ближайших перспективах развития начальник учреждения.

В колонии все надеются, что с гражданским предприятием наладится хорошая кооперация и пойдут солидные заказы. Даже несмотря на то, что само предприятие сейчас далеко не в лучшей форме.

Колония принимает чиновников

Южлаговские заключенные проживают в основном в отрядах барачного типа. Есть столовая, клуб, военизированная пожарная часть, часовня. Своеобразной достопримечательностью можно назвать интересную противопожарную агитацию.

Лучше ли «сидеть» в колонии поближе к городу, чем в далекой сельской? Сложный вопрос. Да, рядом стоит супермаркет. Но в него ведь не выпускают на шопинг. 

На территории есть свой шопинг. Магазин относится к централизованному красноярскому ФГУПу, а не к колонии. Но за ценами следят. Во исполнение указаний ФСИН России идет сравнение цен в колонии и «за забором». Так что нельзя сказать, что заключенных подвергают экономическому грабежу, продавая им товары втридорога.

Мало кто знает, но ИК-2 уже приняла многих работников мэрии Улан-Удэ. Нет, не в качестве постояльцев, отбывающих сроки по приговорам суда, определивших им строгий режим. По крайней мере, пока…

- Практически со всех отделов были сотрудники – либо начальники, либо заместители. Для них провели обход, показали имеющиеся площади… И на сегодняшний день имеем ряд заказов. Изготовили 33 остановки для города, много мусорных бачков, лавочки для парков изготавливаем, скамейки, - рассказывает Алексей Дементьев.

Буузы доступны, а древесина - нет

- Буузы делают для заключенных? - интересуемся у сотрудника колонии о наличии в питании подконтрольного контингента самого популярного блюда Бурятии.

- За плату, к праздникам, делают. К празднику Белого месяца, к примеру, можно заказать. Это дополнительное питание. Осужденные могут заказать, если есть желание. В стандартном трехразовом питании их нет. Но в другом виде мясные и рыбные блюда присутствуют, - пояснил УФСИНовец.

За свою работу заключенные получают оплату. Деньги идут на возмещение ущерба пострадавшим от их преступления, а также заключенные могут потратить деньги сами. 

В производственной зоне есть пилорама. Но загрузить ее работой на полную мощность не получается.

Снова в школу

Первого сентября начался учебный год не только на «гражданке», но и «за колючкой». При учреждении работает школа, учителя которой также учат заключенных женской колонии. Можно получить и целый ряд профессий.

- В настоящее время у нас 216 человек обучаются в 9, 10 и 11 классах. В соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства обязательному обучению подлежат осужденные, не имеющие образования 11 классов и не достигшие 30 лет. Многие с охотой учатся, наверстывают упущенное, - говорят в «колониальной» школе.

Классы «на зоне» не как на воле. Огромная решетка делит помещение класса на две части. В одной за столами сидят заключенные-учащиеся. В другой части - школьная доска и учитель. Они не соприкасаются друг с другом.

- По закону, ваши лица показаны не будут, - объявляет сотрудник учащимся, которые попали на фото. Такой закон, действительно, есть…

Что касается профобразования, то там количество учащихся примерно такое же как в школе. Учат на электросварщиков (газосварка в ИК запрещена), машинистов котлов, поваров, пекарей, столяров, бетонщиков и др. Вскоре в «двойке» добавятся обувщики, штукатуры, каменщики. Итого станет 11 профессий.

Две профессии аккредитованы как среднее профобразование – электромонтер и машинист котлов. Остальные идут как профобучение.

- Я учусь на электромонтера. Скоро на свободу - выхожу в 2020 году. Надо будет трудиться, зарабатывать деньги, начать спокойную жизнь, - делится планами один из южлаговских сидельцев.

В ИК-2 он около пяти лет, а всего в местах заключения уже провел порядка 12 лет. В прежних колониях овладел другими специальностями.

Так и живет ИК-2. Жить можно, но каждый все равно думает о свободе.

Петр Санжиев, "Номер один"
Фото: "Номер один"
^