Общество
16.02.2026 в 12:32
«Некоторые крутили у виска, говорили, зачем мне это надо»
Сибирячка спасает мужа, три года находящегося в псевдокоме
Текст: КП-Новосибирск
Фото: предоставлено Еленой Бажиковой
53-летняя Елена Бажикова всю жизнь проработала парикмахером, ее муж — 50-летний Андрей — мастером на СТО. 23 года назад они познакомились и поженились в Горно-Алтайске, вырастили троих детей, а в июле 2023 года случилась беда:
- Известно, что в тот день к мужу приехала машина на срочный ремонт, он залез в яму, стал смотреть машину. Вылез с сильным головокружением, и его сразу увезли в больницу. Врачи потом поставят диагноз — Андрея разбил ишемический инсульт, он оказался в реанимации на ИВЛ. Я все бросила и ухаживала за ним. В реанимации мне потом сказали, что муж по всем прогнозам не должен был выжить, — рассказала КП-Новосибирск Елена Бажикова.
После месяца в больнице Елена забрала супруга домой, купила необходимые лекарства и аппараты. Семью поддержали родные и друзья, коллеги с работы помогали выносить его на носилках, чтобы отвезти в больницу. Через 7 месяцев реабилитации Андрей уже снова сидел и заново учился говорить, но семью ужал новый удар.
- В феврале 2024 года, через два дня после реабилитации, у Андрея закружилась голова. Он лег, и у меня на глазах его разбил второй инсульт, я вызвала скорую, держала его в сознании. Муж снова попал в реанимацию, полгода он лежал в отделении. У него случился инсульт стволовой части мозга, Андрей дышал и питался через трубки. Каждый день я была с ним, проводя в реанимации по 6 часов, — вспоминает Елена.
Врачи поставили страшный диагноз: «cиндром замкнутого тела» (или псевдокома). По словам медиков, пациент полностью парализован: не может сам дышать, двигаться, говорить и есть. При этом человек остается в сознании: все видит, слышит и помнит, но буквально заперт в собственном теле.
- Мне отдали мужа с временными трубками, сказали — ему осталось две недели, не больше, но медики ошиблись. Мы вместе посмотрели фильм «Скафандр и бабочка» и многое поняли, стали учиться. Мы начали общаться глазами. Если чего-то не понимаю, то задаю вопрос, он моргает в ответ: один раз — да, два раза — нет. Потом перебираем буквы и составляем слова. Он все помнит — где какая вещь у него на работе лежала, кому написать и позвонить.
Елена научилась всему сама: менять зонд и памперсы. Вместе с 50-летним мужем прошли все стадии: от страха и гнева до принятия. Искали возможности для лечения, в Китае им предлагали экспериментальную операцию: стволовые клетки вживляют в мозг через рот, затем 100 дней реабилитации. Цена лечения — от 5 миллионов рублей, но супруги уже продали все имущество, кроме квартиры, и оплатить такую сумму не смогли.
- Некоторые крутили пальцем у виска, мол «зачем тебе это, найми сиделку». Я попросила: «Ребят, больше мне так не говорите. Наверное, я не из тех людей, кто оставит мужа с сиделкой, пойдет работать, чтобы отдавать потом все деньги сиделке. Я люблю его и не могу иначе», — говорит Елена.
Сибирячка объявила сбор средств на реабилитацию в новосибирском санатории «Парус»: цена лечения — миллион рублей. Родные, знакомые и неравнодушные люди помогли собрать половину суммы.
- Есть маленький шанс для Андрея пересесть в инвалидное креcло, и я молюсь, чтобы случилось чудо!
- Известно, что в тот день к мужу приехала машина на срочный ремонт, он залез в яму, стал смотреть машину. Вылез с сильным головокружением, и его сразу увезли в больницу. Врачи потом поставят диагноз — Андрея разбил ишемический инсульт, он оказался в реанимации на ИВЛ. Я все бросила и ухаживала за ним. В реанимации мне потом сказали, что муж по всем прогнозам не должен был выжить, — рассказала КП-Новосибирск Елена Бажикова.
После месяца в больнице Елена забрала супруга домой, купила необходимые лекарства и аппараты. Семью поддержали родные и друзья, коллеги с работы помогали выносить его на носилках, чтобы отвезти в больницу. Через 7 месяцев реабилитации Андрей уже снова сидел и заново учился говорить, но семью ужал новый удар.
- В феврале 2024 года, через два дня после реабилитации, у Андрея закружилась голова. Он лег, и у меня на глазах его разбил второй инсульт, я вызвала скорую, держала его в сознании. Муж снова попал в реанимацию, полгода он лежал в отделении. У него случился инсульт стволовой части мозга, Андрей дышал и питался через трубки. Каждый день я была с ним, проводя в реанимации по 6 часов, — вспоминает Елена.
Врачи поставили страшный диагноз: «cиндром замкнутого тела» (или псевдокома). По словам медиков, пациент полностью парализован: не может сам дышать, двигаться, говорить и есть. При этом человек остается в сознании: все видит, слышит и помнит, но буквально заперт в собственном теле.
- Мне отдали мужа с временными трубками, сказали — ему осталось две недели, не больше, но медики ошиблись. Мы вместе посмотрели фильм «Скафандр и бабочка» и многое поняли, стали учиться. Мы начали общаться глазами. Если чего-то не понимаю, то задаю вопрос, он моргает в ответ: один раз — да, два раза — нет. Потом перебираем буквы и составляем слова. Он все помнит — где какая вещь у него на работе лежала, кому написать и позвонить.
Елена научилась всему сама: менять зонд и памперсы. Вместе с 50-летним мужем прошли все стадии: от страха и гнева до принятия. Искали возможности для лечения, в Китае им предлагали экспериментальную операцию: стволовые клетки вживляют в мозг через рот, затем 100 дней реабилитации. Цена лечения — от 5 миллионов рублей, но супруги уже продали все имущество, кроме квартиры, и оплатить такую сумму не смогли.
- Некоторые крутили пальцем у виска, мол «зачем тебе это, найми сиделку». Я попросила: «Ребят, больше мне так не говорите. Наверное, я не из тех людей, кто оставит мужа с сиделкой, пойдет работать, чтобы отдавать потом все деньги сиделке. Я люблю его и не могу иначе», — говорит Елена.
Сибирячка объявила сбор средств на реабилитацию в новосибирском санатории «Парус»: цена лечения — миллион рублей. Родные, знакомые и неравнодушные люди помогли собрать половину суммы.
- Есть маленький шанс для Андрея пересесть в инвалидное креcло, и я молюсь, чтобы случилось чудо!