08.11.2019
В Бурятии провалилась «пеллеточная» революция
Улан-Удэ продолжит задыхаться в дыму

Завершился переходный период, в течение которого все лесопереработчики Бурятии должны были решить, что им делать с опилками, стружкой, корой, срезками и другими отходами лесопиления, деревообработки. Однако нашумевшая в свое время идея с пеллетами также не стала спасением. Почему – разбирался «Номер один».

Начал действовать закон, запрещающий «лесному» бизнесу бесконечно накапливать те же опилки, хранить, где попало, и использовать, как взбредет в голову. В сельских районах республики предприниматели, не зная, куда деть отходы, изощрялись кто во что горазд - поджигали их или даже вываливали на дорогу. В Баргузинском районе, например, горы опилок, скопившиеся за годы работы пилорам, стали огромной проблемой.

Пеллеты проигрывают углю

Первоначально власти надеялись, что пеллеты смогут облегчить катастрофическую ситуацию с качеством атмосферного воздуха в столице Бурятии. Планировалось, что жители улан-удэнского частного сектора начнут использовать для топки печек не уголь, а пеллеты, и это улучшит обстановку.

Октябрь, принесший похолодание, показал, что нет ни малейшего прогресса. Вечерами Улан-Удэ, как обычно, накрывал едкий запах дыма. В некоторых местах города было просто невозможно дышать. Лето становится любимым временем для горожан, потому что не топят печки.

Даже по предшествующему сентябрю, когда сезон печного отопления только стартовал, бурятский Гидрометцентр дает тревожную статистику по концентрации бенз(а)пирена. На проспекте 50-летия Октября в Улан-Удэ - выше 2 ПДК, на ул. Бабушкина - до 3 ПДК.

В разгар зимы всех ждет большое ухудшение. Не имея денег на значительно подорожавшие дрова, все больше жителей-частников превращаются в «угольщиков».

- По пеллетам, что касается цен, то от производителей из Усть-Баргузина я слышал цены в районе от 6 до 8 тысяч за кубометр. Сколько кубометров пеллет содержится в тонне, сказать затрудняюсь, но правильнее сравнивать энергетический потенциал. Надо делать перерасчет. Но какой бы перерасчет мы ни делали, уголь всегда будет дешевле. Поэтому вопрос – может быть, эту разницу субсидировать? - прокомментировал нашему изданию положение дел министр природных ресурсов Бурятии Вадим Кантор.

Он констатировал, что со стороны небогатых групп населения Бурятии спрос на пеллеты не прогнозируется. Состоятельные же, если пожелают использовать именно древесное топливо, могут себе позволить обычные дрова.

Кто же будет покупать произведенные в республике пеллеты?

- На сегодняшний день рынок пеллет является мировым. В той же Японии пеллеты достаточно дорого стоят. Поэтому, если у нас будет конкурентоспособная продукция, то нет никаких проблем экспортировать. Видите, сюда приехали монголы… И не просто так приехали, значит, свой рынок понимают, видят спрос, если хотят предприятие построить, - высказался о возможных путях развития Вадим Кантор.

На запах опилок пришли монголы

Принятый в Бурятии закон об обращении с отходами лесопиления стал вынужденным шагом. Власти долго ждали, что предприниматели по своей доброй воле начнут работать с этими отходами, являющимися, по сути, вторсырьем. Не дождались. Десятилетие шло за десятилетием, а интерес у бизнеса никак не возникал.

Главная причина – в менталитете. Бурятия слишком богата древесными ресурсами. На опилки веками смотрели свысока. Кругляк, пиломатериал – вот настоящее дело, рассуждали в отрасли. Но теперь власть сделала так, что «презренные» опилки неожиданно стали злободневными.

«В голове моей опилки», - так в последние месяцы мог выразиться каждый бурятский «лесной» бизнесмен. В голове - в смысле, в зоне приоритетного внимания.

Про бурятскую «опилочную революцию» прознали даже за границей. Интерес проявили монголы.

- С июня 2019 года на сопровождении нашего Фонда находится инвестиционный проект монгольской компании ООО «Монпеллет» по производству биологического топлива (пеллет, брикетов) из отходов лесопиления, - рассказали нашему изданию в Фонде регионального развития Республики Бурятия.

Компания планирует постройку и запуск заводов по производству древесных топливных гранул, получаемых из отходов деревообрабатывающих предприятий Бурятии,  путем сушки и прессования.

Общий объем инвестиций ожидается 10 млн долларов США. Это собственные средства инвестора. Заявленная мощность производства – 120 тыс. тонн пеллет в год. Основным рынком сбыта, конечно, будет Монголия, но в перспективе Япония, Китай и Корея.

Проекту необходима территория площадью около двух гектаров.

- Проводится работа по подбору площадки для расположения завода. В настоящее время для реализации проекта рассматриваются две площадки: в Новоильинске и Хоринске. Подана заявка на включение инвестиционного проекта в ТОР «Бурятия» для получения льгот и преференций, - отмечают в Фонде.

На первую половину будущего года запланирована подготовка проектно-сметной документации, а также приобретение необходимого оборудования.

Помимо проекта ООО «Монпеллет», Фонд регионального развития сопровождает инвестпроект ООО «ЛПК Восток». Данная компания планирует организовать в Хоринском районе переработку отходов лесопиления в топливные пеллеты. Здание уже имеется.

Стоимость проекта - 50 млн рублей (т. е. почти 1 млн долларов США).

В целом проекты по переработке отходов деревообработки инициируют местные бурятские предприятия, занятые заготовкой и переработкой леса в сельских районах.

С введением требования по переработке, утилизации, обезвреживанию отходов лесопиления, деревообработки в республике появился целый ряд предпринимателей, занявшихся этой темой. Смогут ли монгольские инвесторы «вписаться» в этот сегмент, пока не очень ясно.
- Все говорят, что производится много опилок, отходов, а по факту оказалось, что когда стали обращаться в районы, выяснилось, что местные предприниматели уже сами подготовились к переработке. И никакие объемы особо выделить для «Монпеллет» не могут. Посмотрим, как это в реальности будет, но пока информация такая, - прокомментировал ситуацию Вадим Кантор.

Кабанские отходы вылетят в трубу

По словам Вадима Кантора, в Бурятии в настоящее время идет работа по актуализации «Территориальная схема обращения с отходами, в том числе с твердыми коммунальными отходами, на территории Республики Бурятия на период 2017 - 2026 гг.».

Бурятская сфера обращения с отходами лесопиления начала получать невиданные в своей истории инвестиции. Ими займутся даже крупные предприятия республики. Так, на Селенгинском ЦКК в Кабанском районе монтируют мощный биотопливный котел, работающий как раз на отходах лесопиления.

ЦКК реализует инвестпроект «Модернизация картоноделательной машины и энергохозяйства». Это мероприятие федерального масштаба. Минпром России включил его в перечень приоритетных инвестпроектов в области освоения лесов страны.

С начала инвестпроекта в него было привлечено 880 млн  рублей, из которых 600 млн  израсходовали на этот современный котел.

По оценке специалистов, биотопливный котел способен ежегодно потреблять до 178 тыс. тонн кородревесных отходов.

- Его введут в четвертом квартале нынешнего года. Это закроет проблему утилизации отходов от переработки древесины в Кабанском и части Прибайкальского районов республики. Все они пойдут в дело, а не как раньше, - говорят они.

К слову, Прибайкальский район входит в группу районов, где скапливается наибольший объем отходов. Кроме него, там Баргузинский, Заиграевский и Хоринский.

Наращивание освоения лесов – одна из приоритетных задач, постановленных в Бурятии. Объем опилок и стружки, вероятно, будет увеличиваться. Мощности по их переработке появятся в самых разных местах региона.

«Отходные» проекты начаты нынче в Заиграевском, Бичурском, Прибайкальском, Хоринском районах. Идут проектно-изыскательские и строительные работы.

При этом по районам республики уже есть несколько функционирующих предприятий, выпускающих биотопливо из лесопильных отходов.

«Опилочная революция», разумеется, нужна республике. Потому что у лесопилок-пилорам на самом деле не должны годами лежать горы отходов. Но что получит от «опилочной революции» обычный житель республики? В ближайшие годы ничего.

Никто не спорит, что желательно, чтобы в Улан-Удэ жители частного сектора поменьше топились углем. Конечно, выбросы от некачественно сгорающего угля бьют по здоровью. Но зато житель Улан-Удэ может купить тонну бурого угля за 2100-2400 рублей. Каменный уголь, правда, подороже, но его тоже берут, чтобы топить печки в пик морозов. Когда нет денег, становится не до заботы о здоровье... Цены, вероятно, останутся примерно такими и в обозримом будущем. На мировом рынке угольные цены упали. Вряд ли в Бурятии они почему-то взлетят выше мирового уровня.

Так что глава Минприроды Вадим Кантор верно подметил, что пеллеты в таких условиях Бурятии неконкурентоспособны.

Кстати, помимо новых опилок, есть проблема их старых залежей. Как поступить с ними?

- Это уже в рамках ликвидации накопленного ущерба надо предусматривать природоохранные мероприятия. Либо за счет федерального бюджета, либо за счет республиканского. Возможно, есть технологии, которые позволяют использовать старые опилки, но на сегодняшний день я с такими не знаком, - честно сказал нашему изданию Вадим Кантор.

Петр Санжиев, «Номер один»
Фото: pixabay.com
^