Общество
30.01.2026 в 06:00
История «детей-маугли» из Бурятии получила счастливый финал
У четверых ребятишек появилась любящая мама, а про старую они даже не вспоминают
Текст: Наталия Грюнвальд
Фотографии предоставлены А. Почекуниной.
Иногда спасение выглядит как створка окошка, в которое надо вовремя постучать. Четверо малышей, брошенных в холодном доме. Четыре истории, которые могли оборваться в любой момент. То, что происходило за дверью их жилища, продолжилось в многочисленных судах. История стала известна на всю Россию.
Окно в другую жизнь
В 2024 году, когда сибирская весна лишь обманывала первым солнцем, скрывая за ним ледяное дыхание, жительница Усть-Баргузина Оксана Шумакова совершила немыслимое. Она оставила своих детей в нетопленом доме. Наиболее крепеньким на тот момент было от двух до четырех годиков, а самому младшенькому – всего десять месяцев.
Екатерину, Кристину, Степана и Романа спасла соседка. Сердобольная женщина случайно увидела, как они, раздетые и продрогшие, стучали крохотными ладошками по ледяному окну, словно пытаясь позвать на помощь.
– Я позвонила в опеку, потому что дети находились в опасности. Печка была в ненадлежащем состоянии. В кровати – дырка, а в ней – черви. Фекалии, кастрюли – все на полу вперемешку валялось, – рассказала соседка съемочной группе ток-шоу «Мужское / Женское».
Практически все пространство этого дома, который и домом-то трудно назвать, было не просто катастрофически захламленным – оно напоминало скорее бомжатник. Пол, утопавший в мусоре, скрипел под ногами чем-то сыпучим: то ли прогорклой крупой, то ли въевшейся известью. Среди хаоса тускло поблескивали ножи. Спальная мебель еще больше нагоняла тоску. Каждую ночь ребятишкам приходилось делать непростой выбор: видеть сны на разломанном до «скелета» диване или же на кровати с очень грязным, наполовину сползшим матрасом.
Соседский «донос», можно сказать, сыграл главную роль. Он мигом заставил явиться на порог «детского ада» местного участкового, представителей органов опеки и попечительства, а также сотрудников ПДН.
Родственники напрокат
Семья Шумаковой, к глубочайшему удивлению, годами умудрялась оставаться вне поля зрения бдительных органов – ранее на учете не состояла. Более того, молодая мать даже сама какое-то время являлась опекуном.
Как пояснила в эфире телепередачи главный специалист отдела опеки и попечительства администрации МО «Баргузинский район», опека была оформлена над двумя родными сестрами Оксаны.
– Девочки рождены от второго брака ее отца. Опека временная, на полгода. Шесть месяцев ей давалось, чтобы собрать документы для оформления полной опеки, но она этого так и не сделала. Срок закончился, и, соответственно, детей мы забрали, – констатировала женщина.
Она же лично выносила четверых ребятишек из неблагополучного дома в середине апреля. Одного даже пыталась согреть своей теплой курткой. По словам специалиста, раньше обстановка в семье Оксаны Шумаковой была принципиально иной: молодая мать поддерживала порядок, регулярно приобретала свежие продукты питания и т. п. Что же пошло не так и в какой момент сломались материнские инстинкты, до сих пор остается загадкой.
– Как только мы зашли в дом, сразу увидели троих ребятишек. В последней комнате лежал сверточек из одеяла, а внутри него – Степан. Он был полностью с головой укутан. Рядом с ним грязная бутылочка. Мальчик пребывал почти в обморочном состоянии… – вспоминала специалист, описывая представшую перед ней картину в день изъятия четверых детишек. – У младшего, Романа, была грыжа пупочка. Практически у всех язвы на лицах, на теле.
В Усть-Баргузинской участковой больнице измученную детвору осмотрели врачи. Неутешительные результаты черным по белому отражены в судебном решении о лишении горе-мамаши родительских прав: «…Педиатром установлено, что дети продолжительное время находились в холодном доме без одежды, у них обморожены ноги, тела покрыто язвами, синяками и царапинами».
Не исключено, что малышню и вовсе систематически били, так сказать, «для профилактики», «чтоб лишний раз под ногами не путались». Одному богу известно, как же на самом деле складывалась их жизнь и что именно с ними происходило. Опека сделала вывод, что «непосредственная угроза жизни и здоровью детей» действительно существовала. И Фемида официально с этим согласна. К слову, на ее решении стоит штамп «Не обжаловано. Вступило в законную силу». Оксана Шумакова даже не пыталась прибегнуть к помощи юриста и подать апелляцию. Ее молчание, по сути, говорило само за себя. Сразу видно – «неравнодушная мать».
Любящие мама и папа
– 16 апреля 2024 года нам с мужем предложили взять под опеку четверых детей. К тому моменту мы уже больше двух лет стояли в очереди на маленького ребенка, очень хотели одного или двух, сами многодетные: родных детей у нас четверо, двое из них уже взрослые, – вспоминает Алевтина Почекунина. – И вот раздался звонок, нам описали всю ситуацию, рассказали, что изъяли детей. Братьев и сестер нельзя разлучать, поэтому мы с мужем решили – примем всех. Помчались в больницу.
Новая мама эмоций своих не скрывает, говорит, что от увиденного все сжималось в груди.
– Мальчики уже помытые спали, а вот девочки бодрствовали. Малышки сидели прижавшись друг к другу и ели руками… не умели пользоваться ложкой, – с содроганием констатирует женщина.
Ошеломляющих моментов было немало, но случай с эквадорским бананом навсегда отпечатался в ее памяти.
– Кто-то из лежащих в больнице мамочек поделился им с малышней. Так вот дети не понимали, что банан сначала нужно почистить, и принялись есть с кожурой, – рассказала нашему изданию Алевтина.
Несовершеннолетние дети предстали перед приемной семьей, по сути, в состоянии социнвалидности. Полное отсутствие медицинского сопровождения и тотальная педагогическая запущенность – это лишь малая часть. Семье Почекуниных пришлось учить их всему с нуля: от справления нужды в горшок до базовых принципов человеческого общения.
Явилась – не запылилась
Оксана Шумакова все же попыталась добиться восстановления в родительских правах, и первые попытки начались лишь после гибели отца малышей.
– Получается, она все потеряла и куда-то пропала. Объявилась только в июле, спустя несколько месяцев после изъятия детей. Позвонила посреди ночи, поинтересовалась свидетельствами о рождении детей, заявила, что будет добиваться их возвращения. Произошло это почти сразу же после похорон ее мужа, героически погибшего на СВО, – делится деталями женщина.
Нетрудно предположить, что «материнское сердце забилось чаще, как только на горизонте замаячили похоронные выплаты», полагающиеся семьям погибших военнослужащих – более 12 млн рублей, которые должны были получить четверо детей, вдова и мать Виктора Шумакова.
Оксана начала суетиться только из-за того, что если бы малышня осталась воспитываться в приемной семье, то 8 млн рублей распределили бы по их счетам (2 млн каждому), где деньги хранились бы до совершеннолетия каждого.
– Так, собственно, в итоге и получилось, – поставила точку в многомилионном вопросе приемная мама.
Но вот если бы безработной вдове удалось добиться восстановления утраченных прав, то она бы распоряжалась всеми 10 млн рублей. Но Баргузинский райсуд лишил ее права на выплаты за гибель экс-супруга, а также отказал в восстановлении родительских прав, поскольку ее отношение к детям и образ жизни существенно не изменились.
Более того, в марте прошлого года стало известно о том, что суд признал ее виновной в совершении преступления, предусмотренного УК РФ – «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего», и назначил наказание в виде 300 часов обязательных работ.
Стоит отметить, что «шлейф уголовщины» еще по осени витал в воздухе. На федеральном ток-шоу «Мужское / Женское» в ноябре 2024 года страна увидела Шумакову. Как оказалось, на свою «минуту славы» женщина отправилась в сопровождении новой пассии – молодого человека, который, как она заявила, «ее просто поддерживал». Но добраться до студии вместе у сладкой парочки так и не вышло – сострадательного кавалера задержала полиция. Оказалось, что он не явился на обязательные работы, назначенные судом.
Циничная супружница
«Мужское / Женское», будем честны, уже давным-давно позади. Прошло больше года, и многое изменилось, разумеется, кроме Оксаны. Она так и застыла в роли живого пособия по тотальному беспутству.
Последний раз Алевтина Почекунина виделась с ней во время ее «отработки». Женщины попытались поставить точку в конфликте.
– Я предложила ей простой обмен: она отзывает все доверенности на детей, а я списываю ей долг по алиментам – около 300 тысяч рублей. Оксана согласилась не моргнув глазом, – сообщила Почекунина. – Причем все бюрократические расходы легли на меня. У нее, как всегда, не было ни копейки.
Вдова участника спецоперации совсем уж с радаров не исчезает, периодически идет на контакт, но не ради детей…
– В начале декабря попросила у меня 200 тысяч рублей. Обосновала тем, что хочет выучиться на права, приобрести машину и на остатки купить дрова. Сумма для нас неподъемная, я это ей объяснила, – констатировала Алевтина. – Она поняла, но не отстала, лишь сбила планку до 50-100 тысяч. Перед новогодними праздниками еще пару тысяч просила, мол, ей нечем платить за квартиру. Однако для нее у меня ответ только один – денег нет, сама зарабатывай.
В Усть-Баргузине осужденная теперь редко бывает. Старый дом, купленный на средства маткапитала и опустевший после изъятия четверых несовершеннолетних детей, хоть и претерпел косметические изменения – нерадивой матери помогли побелить потолки, поклеить обои и прочее, теперь бесхозно простаивает.
– Вроде до сих пор никому не сдала, точно не знаю. Слышала, что она вновь вышла замуж – детдомовский парнишка, боец СВО. Находится в федеральном розыске. При этом живет с совершенно другим мужчиной, но с мужем не разводится, – делится наблюдениями Почекунина.
Окольцевал ее, к слову, тот самый, глубоко сопереживающий «просто друг», некогда задержанный сотрудниками полиции в здании аэропорта.
Ни подарков, ни открыток
У Шумаковой относительно недавно погиб отец, опять же в ходе проведения СВО. Однако даже его смерть не стала для нее поводом вспомнить о материнстве. Алевтина утверждает, что горе-мамаша уже получила наследство, но на день рождения родного сына ничего не купила.
– Беру телефон, а там сообщение: «Здравствуйте! У Ромы же там че, день рождения сегодня? Поздравьте от меня». Ни подарков, ни открыток, ни-че-го, – констатирует его опекун.
Да, чужие дети быстро растут. Совсем недавно это были запущенные малышы, а теперь они личности с увлечениями. Екатерина (6 лет) готовится к школе, этой осенью ей предстоит пойти в первый класс, больше всего она любит живопись, зачастую собирает картины из страз. Кристина (5 лет) живет в ритме танца, буквально каждый ее день начинается с музыки. Степан (4 года) - главный по пластилину, его творения уже заполнили в доме все полки. А Роман, приближающийся к своим трем годам, растет ревизором: где бы ни лежали конфеты, везде их найдет.
– Пока чего-нибудь сладенького не дашь, в сад не пойдет. Что поделать, он же еще совсем маленький. Балуем, – с теплотой говорит Алевтина.
Долгожданный хэппи-энд
Теперь жизнь ребятишек наполнена не хламом, а игрушками. Машинки, кубики, пазлы, куклы, самокаты, велосипеды, раскраски, конструкторы… Перечислять все то, что у них есть, никаких страниц газеты не хватит. Но дороже всего, конечно же, накапливающиеся воспоминания. Буквально недавно семья ездила в Усть-Илимск. Поездка прошла отлично.
– Разумеется, мы немного переживали, беспокоились о том, как все пройдет. Пока что это было самое дальнее путешествие, в которое мы отправились всей семьей на машине. По дороге останавливались в кафе, гостиницах, и дети везде прекрасно себя вели. Года три пройдет, отправимся на поезде в Сочи, – делится планами многодетная мама. – Поездок и так хватает. Все лето провели на Байкале. Ребятишки больше не боятся воды, купаются. Раньше, помню, даже в ванную их не затащишь, а теперь невозможно оттуда вытащить. Первые разы они прям боялись воды, не давали мыть голову, плакали.
И это не единственная победа, которая далась благодаря кропотливому труду заботливой семьи. Степа наконец-то разговаривает.
– Совсем был зашуганный, а теперь самый лучший рассказчик. Воспитательница в детском садике только что-нибудь прочитает, он уже все запомнил и пересказал, – с гордостью отмечает успехи сына Алевтина.
По словам любящей мамы, большинство малышей влились в детсадовский ритм легко и быстро. Однако Кристине это привыкание далось нелегко…
Напомним, во время съемок телепередачи эксперты обратили внимание на «эффект маугли». Его суть заключается в том, что если в критически важный период (примерно с года до трех-четырех лет) ребенок не получит необходимой социализации, человеческого общения, не освоит речь и базовые когнитивные навыки, то эта возможность может быть упущена навсегда.
– У Кристиночки есть «педагогическая запущенность». Сейчас с нами занимается логопед-дефектолог. Специалист говорит, что ситуация поправима. Пока что малышке приходится по несколько раз объяснять все, поскольку есть отклонение. Психиатр рекомендовал нам встать на учет, обратиться к неврологу, но мы осознанно отказались. Ведь при таком сценарии у девочки в документах будет «пометка», а это уже на всю жизнь. Так что занимаемся сами. С годами обязательно все изменится, мы как раз вовремя начали, – объясняет Почекунина.
Еще одной временной трудностью стала замашка Кати. Несмотря на переезд в новый дом, привычки от старого еще давали о себе знать. Девочка никак не могла перестать пытаться взять на руки младшенького – Рому. Оказалось, что крошка была вынуждена регулярно примерять на себя роль матери.
– Ей, пожалуй, тяжелее всего пришлось… На суде соседка давала свидетельские показания о том, что она подкармливала детей через окошко и видела, как Катюша ухаживала за остальными, особенно за малышом. Носила его, с ладошек кормила. Просто кошмар, она ведь сама ребенок… Что уж удивляться, все видели, как и в каких условиях они жили, дети в позницу в туалет ходили… Не могу, не хочу вспоминать, – закрывает тему Алевтина.
Тяжелые до боли воспоминания вытесняет другая, полная света история. Именно Катенька всего через три дня пребывания в новом доме первой назвала Алевтину «мамой».
– Мы смотрели мультики, и там было интерактивное задание – угадать, какое на экране животное. Катюшенка вдруг как закричала: «Мама! Мама! Смотри, это мяу!». Я ей сказала, что это не мяу, это кошка. А она в ответ: «Тошка! Тошка!». Никогда не забуду, – делится сокровенным ее приемная мама.
Ежедневно подглядывающие
Усть-Баргузин – это поселок городского типа, подразумевающий под собой, откровенно говоря, закрытую экосистему. Принцип жизни в нем довольно простой – там все знают друг друга.
– Те люди, кто был на стороне мамаши, окончившей всего девять классов, теперь ходят, улыбаются, интересуются, как у нашей семьи дела. Я тоже им улыбаюсь, всегда отвечаю, что все прекрасно, – рассказывает Почекунина.
Соседи, как мы уже поняли, играют очень и очень важную роль. Примечательно, что незадолго до выпуска ток-шоу съемочной группе удалось обойти нескольких из них. Одна из женщин тогда отметила, что она ни разу не видела, чтобы непутевая мамаша гуляла с детьми. Другая рассказала, что после того как ребятишек забрали, вдовьи гулянки не прекратились – Оксана Шумакова то и дело уезжала в неизвестном направлении каждый раз на новой машине. Еще одна соседка, представительница молодого поколения и, судя по всему, ровесница горе-матери, заявила, что та, будучи под сильным алкогольным опьянениям, однажды призналась, что «усыпляет детей снотворным», «сомневается, все ли они от погибшего мужа». Доказательств этому, увы, нет.
– Про снотворное не знаю, но сестры, которые были у нее под опекой, рассказывали, что она всех детей поила энергетиками. Младшенькому прям в бутылочку наливала, – добавляет Алевтина. – В общем, совершенно о них не заботилась. Однажды дошло до того, что она по соседям ходила и сахар просила, чтобы напоить их хотя бы сладкой водой. Потому что дети кушать хотели, а есть было нечего.
Теперь же ребятишки наслаждаются роскошью выбора. По рассказам их новой мамы, они часто просят ее приготовить мясные рулетики, обожают рыбный пирог.
– Все с удовольствием кушают, фрукты любят. Раньше же их вообще не видели. Помню, принесла им домой черешню, а они не знали, как ее есть. Не понимали, чем между собой отличаются апельсин и мандарин. Впервые попробовали арбуз и дыню. На сегодняшний день больше всего предпочитают помело. Если беру виноград, то просят без косточек, – перечисляет заботливая женщина.
За ребятишек, у которых началась новая жизнь, можно только порадоваться. Алевтину они уже давно все называют мамой, а свою биологическую мать даже не вспоминают.
– Ни она, ни бабушка, ни дедушка – никто из них не объявляется. Наверное, оно даже к лучшему, – полагает Алевтина Почекунина. – Безусловно, когда дети подрастут, скорее всего, начнут задавать вопросы. Скрывать от них ничего не буду, обязательно расскажу им про папу, который погиб, защищая Родину. Мы до последнего с ним были на связи. Ну как я могу об этом не рассказать?
Биографию несложившейся матери даже при всем желании спрятать в шкаф не получится – ее всегда будут помнить улицы. Теперь важно не то, от кого дети услышат истину, а то, как она будет им подана. Вместо страшной тайны – рассказ о спасении. Вместо тяжкого груза прошлого – понимание, что отныне рядом всегда будет семья, которая тебя выбрала.
Окно в другую жизнь
В 2024 году, когда сибирская весна лишь обманывала первым солнцем, скрывая за ним ледяное дыхание, жительница Усть-Баргузина Оксана Шумакова совершила немыслимое. Она оставила своих детей в нетопленом доме. Наиболее крепеньким на тот момент было от двух до четырех годиков, а самому младшенькому – всего десять месяцев.
Екатерину, Кристину, Степана и Романа спасла соседка. Сердобольная женщина случайно увидела, как они, раздетые и продрогшие, стучали крохотными ладошками по ледяному окну, словно пытаясь позвать на помощь.
– Я позвонила в опеку, потому что дети находились в опасности. Печка была в ненадлежащем состоянии. В кровати – дырка, а в ней – черви. Фекалии, кастрюли – все на полу вперемешку валялось, – рассказала соседка съемочной группе ток-шоу «Мужское / Женское».
Практически все пространство этого дома, который и домом-то трудно назвать, было не просто катастрофически захламленным – оно напоминало скорее бомжатник. Пол, утопавший в мусоре, скрипел под ногами чем-то сыпучим: то ли прогорклой крупой, то ли въевшейся известью. Среди хаоса тускло поблескивали ножи. Спальная мебель еще больше нагоняла тоску. Каждую ночь ребятишкам приходилось делать непростой выбор: видеть сны на разломанном до «скелета» диване или же на кровати с очень грязным, наполовину сползшим матрасом.
Соседский «донос», можно сказать, сыграл главную роль. Он мигом заставил явиться на порог «детского ада» местного участкового, представителей органов опеки и попечительства, а также сотрудников ПДН.
Родственники напрокат
Семья Шумаковой, к глубочайшему удивлению, годами умудрялась оставаться вне поля зрения бдительных органов – ранее на учете не состояла. Более того, молодая мать даже сама какое-то время являлась опекуном.
Как пояснила в эфире телепередачи главный специалист отдела опеки и попечительства администрации МО «Баргузинский район», опека была оформлена над двумя родными сестрами Оксаны.
– Девочки рождены от второго брака ее отца. Опека временная, на полгода. Шесть месяцев ей давалось, чтобы собрать документы для оформления полной опеки, но она этого так и не сделала. Срок закончился, и, соответственно, детей мы забрали, – констатировала женщина.
Она же лично выносила четверых ребятишек из неблагополучного дома в середине апреля. Одного даже пыталась согреть своей теплой курткой. По словам специалиста, раньше обстановка в семье Оксаны Шумаковой была принципиально иной: молодая мать поддерживала порядок, регулярно приобретала свежие продукты питания и т. п. Что же пошло не так и в какой момент сломались материнские инстинкты, до сих пор остается загадкой.
– Как только мы зашли в дом, сразу увидели троих ребятишек. В последней комнате лежал сверточек из одеяла, а внутри него – Степан. Он был полностью с головой укутан. Рядом с ним грязная бутылочка. Мальчик пребывал почти в обморочном состоянии… – вспоминала специалист, описывая представшую перед ней картину в день изъятия четверых детишек. – У младшего, Романа, была грыжа пупочка. Практически у всех язвы на лицах, на теле.
В Усть-Баргузинской участковой больнице измученную детвору осмотрели врачи. Неутешительные результаты черным по белому отражены в судебном решении о лишении горе-мамаши родительских прав: «…Педиатром установлено, что дети продолжительное время находились в холодном доме без одежды, у них обморожены ноги, тела покрыто язвами, синяками и царапинами».
Не исключено, что малышню и вовсе систематически били, так сказать, «для профилактики», «чтоб лишний раз под ногами не путались». Одному богу известно, как же на самом деле складывалась их жизнь и что именно с ними происходило. Опека сделала вывод, что «непосредственная угроза жизни и здоровью детей» действительно существовала. И Фемида официально с этим согласна. К слову, на ее решении стоит штамп «Не обжаловано. Вступило в законную силу». Оксана Шумакова даже не пыталась прибегнуть к помощи юриста и подать апелляцию. Ее молчание, по сути, говорило само за себя. Сразу видно – «неравнодушная мать».
Любящие мама и папа
– 16 апреля 2024 года нам с мужем предложили взять под опеку четверых детей. К тому моменту мы уже больше двух лет стояли в очереди на маленького ребенка, очень хотели одного или двух, сами многодетные: родных детей у нас четверо, двое из них уже взрослые, – вспоминает Алевтина Почекунина. – И вот раздался звонок, нам описали всю ситуацию, рассказали, что изъяли детей. Братьев и сестер нельзя разлучать, поэтому мы с мужем решили – примем всех. Помчались в больницу.
Новая мама эмоций своих не скрывает, говорит, что от увиденного все сжималось в груди.
– Мальчики уже помытые спали, а вот девочки бодрствовали. Малышки сидели прижавшись друг к другу и ели руками… не умели пользоваться ложкой, – с содроганием констатирует женщина.
Ошеломляющих моментов было немало, но случай с эквадорским бананом навсегда отпечатался в ее памяти.
– Кто-то из лежащих в больнице мамочек поделился им с малышней. Так вот дети не понимали, что банан сначала нужно почистить, и принялись есть с кожурой, – рассказала нашему изданию Алевтина.
Несовершеннолетние дети предстали перед приемной семьей, по сути, в состоянии социнвалидности. Полное отсутствие медицинского сопровождения и тотальная педагогическая запущенность – это лишь малая часть. Семье Почекуниных пришлось учить их всему с нуля: от справления нужды в горшок до базовых принципов человеческого общения.
Явилась – не запылилась
Оксана Шумакова все же попыталась добиться восстановления в родительских правах, и первые попытки начались лишь после гибели отца малышей.
– Получается, она все потеряла и куда-то пропала. Объявилась только в июле, спустя несколько месяцев после изъятия детей. Позвонила посреди ночи, поинтересовалась свидетельствами о рождении детей, заявила, что будет добиваться их возвращения. Произошло это почти сразу же после похорон ее мужа, героически погибшего на СВО, – делится деталями женщина.
Нетрудно предположить, что «материнское сердце забилось чаще, как только на горизонте замаячили похоронные выплаты», полагающиеся семьям погибших военнослужащих – более 12 млн рублей, которые должны были получить четверо детей, вдова и мать Виктора Шумакова.
Оксана начала суетиться только из-за того, что если бы малышня осталась воспитываться в приемной семье, то 8 млн рублей распределили бы по их счетам (2 млн каждому), где деньги хранились бы до совершеннолетия каждого.
– Так, собственно, в итоге и получилось, – поставила точку в многомилионном вопросе приемная мама.
Но вот если бы безработной вдове удалось добиться восстановления утраченных прав, то она бы распоряжалась всеми 10 млн рублей. Но Баргузинский райсуд лишил ее права на выплаты за гибель экс-супруга, а также отказал в восстановлении родительских прав, поскольку ее отношение к детям и образ жизни существенно не изменились.
Более того, в марте прошлого года стало известно о том, что суд признал ее виновной в совершении преступления, предусмотренного УК РФ – «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего», и назначил наказание в виде 300 часов обязательных работ.
Стоит отметить, что «шлейф уголовщины» еще по осени витал в воздухе. На федеральном ток-шоу «Мужское / Женское» в ноябре 2024 года страна увидела Шумакову. Как оказалось, на свою «минуту славы» женщина отправилась в сопровождении новой пассии – молодого человека, который, как она заявила, «ее просто поддерживал». Но добраться до студии вместе у сладкой парочки так и не вышло – сострадательного кавалера задержала полиция. Оказалось, что он не явился на обязательные работы, назначенные судом.
Циничная супружница
«Мужское / Женское», будем честны, уже давным-давно позади. Прошло больше года, и многое изменилось, разумеется, кроме Оксаны. Она так и застыла в роли живого пособия по тотальному беспутству.
Последний раз Алевтина Почекунина виделась с ней во время ее «отработки». Женщины попытались поставить точку в конфликте.
– Я предложила ей простой обмен: она отзывает все доверенности на детей, а я списываю ей долг по алиментам – около 300 тысяч рублей. Оксана согласилась не моргнув глазом, – сообщила Почекунина. – Причем все бюрократические расходы легли на меня. У нее, как всегда, не было ни копейки.
Вдова участника спецоперации совсем уж с радаров не исчезает, периодически идет на контакт, но не ради детей…
– В начале декабря попросила у меня 200 тысяч рублей. Обосновала тем, что хочет выучиться на права, приобрести машину и на остатки купить дрова. Сумма для нас неподъемная, я это ей объяснила, – констатировала Алевтина. – Она поняла, но не отстала, лишь сбила планку до 50-100 тысяч. Перед новогодними праздниками еще пару тысяч просила, мол, ей нечем платить за квартиру. Однако для нее у меня ответ только один – денег нет, сама зарабатывай.
В Усть-Баргузине осужденная теперь редко бывает. Старый дом, купленный на средства маткапитала и опустевший после изъятия четверых несовершеннолетних детей, хоть и претерпел косметические изменения – нерадивой матери помогли побелить потолки, поклеить обои и прочее, теперь бесхозно простаивает.
– Вроде до сих пор никому не сдала, точно не знаю. Слышала, что она вновь вышла замуж – детдомовский парнишка, боец СВО. Находится в федеральном розыске. При этом живет с совершенно другим мужчиной, но с мужем не разводится, – делится наблюдениями Почекунина.
Окольцевал ее, к слову, тот самый, глубоко сопереживающий «просто друг», некогда задержанный сотрудниками полиции в здании аэропорта.
Ни подарков, ни открыток
У Шумаковой относительно недавно погиб отец, опять же в ходе проведения СВО. Однако даже его смерть не стала для нее поводом вспомнить о материнстве. Алевтина утверждает, что горе-мамаша уже получила наследство, но на день рождения родного сына ничего не купила.
– Беру телефон, а там сообщение: «Здравствуйте! У Ромы же там че, день рождения сегодня? Поздравьте от меня». Ни подарков, ни открыток, ни-че-го, – констатирует его опекун.
Да, чужие дети быстро растут. Совсем недавно это были запущенные малышы, а теперь они личности с увлечениями. Екатерина (6 лет) готовится к школе, этой осенью ей предстоит пойти в первый класс, больше всего она любит живопись, зачастую собирает картины из страз. Кристина (5 лет) живет в ритме танца, буквально каждый ее день начинается с музыки. Степан (4 года) - главный по пластилину, его творения уже заполнили в доме все полки. А Роман, приближающийся к своим трем годам, растет ревизором: где бы ни лежали конфеты, везде их найдет.
– Пока чего-нибудь сладенького не дашь, в сад не пойдет. Что поделать, он же еще совсем маленький. Балуем, – с теплотой говорит Алевтина.
Долгожданный хэппи-энд
Теперь жизнь ребятишек наполнена не хламом, а игрушками. Машинки, кубики, пазлы, куклы, самокаты, велосипеды, раскраски, конструкторы… Перечислять все то, что у них есть, никаких страниц газеты не хватит. Но дороже всего, конечно же, накапливающиеся воспоминания. Буквально недавно семья ездила в Усть-Илимск. Поездка прошла отлично.
– Разумеется, мы немного переживали, беспокоились о том, как все пройдет. Пока что это было самое дальнее путешествие, в которое мы отправились всей семьей на машине. По дороге останавливались в кафе, гостиницах, и дети везде прекрасно себя вели. Года три пройдет, отправимся на поезде в Сочи, – делится планами многодетная мама. – Поездок и так хватает. Все лето провели на Байкале. Ребятишки больше не боятся воды, купаются. Раньше, помню, даже в ванную их не затащишь, а теперь невозможно оттуда вытащить. Первые разы они прям боялись воды, не давали мыть голову, плакали.
И это не единственная победа, которая далась благодаря кропотливому труду заботливой семьи. Степа наконец-то разговаривает.
– Совсем был зашуганный, а теперь самый лучший рассказчик. Воспитательница в детском садике только что-нибудь прочитает, он уже все запомнил и пересказал, – с гордостью отмечает успехи сына Алевтина.
По словам любящей мамы, большинство малышей влились в детсадовский ритм легко и быстро. Однако Кристине это привыкание далось нелегко…
Напомним, во время съемок телепередачи эксперты обратили внимание на «эффект маугли». Его суть заключается в том, что если в критически важный период (примерно с года до трех-четырех лет) ребенок не получит необходимой социализации, человеческого общения, не освоит речь и базовые когнитивные навыки, то эта возможность может быть упущена навсегда.
– У Кристиночки есть «педагогическая запущенность». Сейчас с нами занимается логопед-дефектолог. Специалист говорит, что ситуация поправима. Пока что малышке приходится по несколько раз объяснять все, поскольку есть отклонение. Психиатр рекомендовал нам встать на учет, обратиться к неврологу, но мы осознанно отказались. Ведь при таком сценарии у девочки в документах будет «пометка», а это уже на всю жизнь. Так что занимаемся сами. С годами обязательно все изменится, мы как раз вовремя начали, – объясняет Почекунина.
Еще одной временной трудностью стала замашка Кати. Несмотря на переезд в новый дом, привычки от старого еще давали о себе знать. Девочка никак не могла перестать пытаться взять на руки младшенького – Рому. Оказалось, что крошка была вынуждена регулярно примерять на себя роль матери.
– Ей, пожалуй, тяжелее всего пришлось… На суде соседка давала свидетельские показания о том, что она подкармливала детей через окошко и видела, как Катюша ухаживала за остальными, особенно за малышом. Носила его, с ладошек кормила. Просто кошмар, она ведь сама ребенок… Что уж удивляться, все видели, как и в каких условиях они жили, дети в позницу в туалет ходили… Не могу, не хочу вспоминать, – закрывает тему Алевтина.
Тяжелые до боли воспоминания вытесняет другая, полная света история. Именно Катенька всего через три дня пребывания в новом доме первой назвала Алевтину «мамой».
– Мы смотрели мультики, и там было интерактивное задание – угадать, какое на экране животное. Катюшенка вдруг как закричала: «Мама! Мама! Смотри, это мяу!». Я ей сказала, что это не мяу, это кошка. А она в ответ: «Тошка! Тошка!». Никогда не забуду, – делится сокровенным ее приемная мама.
Ежедневно подглядывающие
Усть-Баргузин – это поселок городского типа, подразумевающий под собой, откровенно говоря, закрытую экосистему. Принцип жизни в нем довольно простой – там все знают друг друга.
– Те люди, кто был на стороне мамаши, окончившей всего девять классов, теперь ходят, улыбаются, интересуются, как у нашей семьи дела. Я тоже им улыбаюсь, всегда отвечаю, что все прекрасно, – рассказывает Почекунина.
Соседи, как мы уже поняли, играют очень и очень важную роль. Примечательно, что незадолго до выпуска ток-шоу съемочной группе удалось обойти нескольких из них. Одна из женщин тогда отметила, что она ни разу не видела, чтобы непутевая мамаша гуляла с детьми. Другая рассказала, что после того как ребятишек забрали, вдовьи гулянки не прекратились – Оксана Шумакова то и дело уезжала в неизвестном направлении каждый раз на новой машине. Еще одна соседка, представительница молодого поколения и, судя по всему, ровесница горе-матери, заявила, что та, будучи под сильным алкогольным опьянениям, однажды призналась, что «усыпляет детей снотворным», «сомневается, все ли они от погибшего мужа». Доказательств этому, увы, нет.
– Про снотворное не знаю, но сестры, которые были у нее под опекой, рассказывали, что она всех детей поила энергетиками. Младшенькому прям в бутылочку наливала, – добавляет Алевтина. – В общем, совершенно о них не заботилась. Однажды дошло до того, что она по соседям ходила и сахар просила, чтобы напоить их хотя бы сладкой водой. Потому что дети кушать хотели, а есть было нечего.
Теперь же ребятишки наслаждаются роскошью выбора. По рассказам их новой мамы, они часто просят ее приготовить мясные рулетики, обожают рыбный пирог.
– Все с удовольствием кушают, фрукты любят. Раньше же их вообще не видели. Помню, принесла им домой черешню, а они не знали, как ее есть. Не понимали, чем между собой отличаются апельсин и мандарин. Впервые попробовали арбуз и дыню. На сегодняшний день больше всего предпочитают помело. Если беру виноград, то просят без косточек, – перечисляет заботливая женщина.
За ребятишек, у которых началась новая жизнь, можно только порадоваться. Алевтину они уже давно все называют мамой, а свою биологическую мать даже не вспоминают.
– Ни она, ни бабушка, ни дедушка – никто из них не объявляется. Наверное, оно даже к лучшему, – полагает Алевтина Почекунина. – Безусловно, когда дети подрастут, скорее всего, начнут задавать вопросы. Скрывать от них ничего не буду, обязательно расскажу им про папу, который погиб, защищая Родину. Мы до последнего с ним были на связи. Ну как я могу об этом не рассказать?
Биографию несложившейся матери даже при всем желании спрятать в шкаф не получится – ее всегда будут помнить улицы. Теперь важно не то, от кого дети услышат истину, а то, как она будет им подана. Вместо страшной тайны – рассказ о спасении. Вместо тяжкого груза прошлого – понимание, что отныне рядом всегда будет семья, которая тебя выбрала.
– Мы сделаем все, чтобы окошко, в которое они когда-то стучали посиневшими пальчиками, было распахнуто навстречу счастливой жизни, а неприятные воспоминания остались там, за стареньким стеклом, – подытоживает многодетная мама.
P.s. Имена и фамилии героев статьи изменены.
P.s. Имена и фамилии героев статьи изменены.