Общество
07.06.2026 в 08:00
«Паспорт для синехвостки»: кто и зачем окольцовывает птиц на Байкале
Орнитолог Анна Уфимцева рассказала о работе станции кольцевания птиц Байкальского государственного заповедника
Текст: Лариса Ситник
Фото: станция кольцевания птиц «Байкальская»
Представьте место, где время измеряется не минутами, а взмахами крыльев. Вдали от городского шума, на берегу Байкала, стоит паутинка из деликатных сетей. Здесь работает человек, который умеет держать в руках одно из самых хрупких созданий природы — живую птицу весом в несколько граммов. Это орнитолог станции кольцевания. Его работа не просто наблюдение, а кропотливый труд, который помогает разгадывать тайны миграций, спасать виды и писать летопись жизни дикой природы. Научный сотрудник, руководитель станции кольцевания птиц Байкальского государственного заповедника, орнитолог Анна Уфимцева рассказала «Номер один» о работе на станции.
Одна из трех в России
Станция кольцевания птиц «Байкальская» (СКБ) расположена на побережье Байкала, в 1,5 км к юго-западу от устья реки Мишиха, на пути пролета птиц. Станция открылась 50 лет назад - в 1976 году - с целью изучения особенностей миграции птиц в Южном Прибайкалье с помощью кольцевания.
Кольцевание птиц – один из способов мечения, при котором птице на лапку надевается кольцо с уникальным буквенно-цифровым кодом. После кольцевания и проведения измерений птицу отпускают, а надетое кольцо становится ее «паспортом». Информация, получаемая в результате возвратов колец, позволяет судить о путях и сроках миграции птиц, об их расселении, изменении численности, причинах гибели, продолжительности жизни и т. д.
Главная достопримечательность станции – ловушка рыбачинского типа для отлова птиц. Ловушка напоминает установленный на земле рыболовный трал, открытый для перелетных птиц. Ее высота составляет 12 метров, а ширина входа – 40 метров. Ловушка состоит из трех постепенно сужающихся отсеков и заканчивается приемной камерой, откуда пойманных птиц извлекают орнитологи. Рыбачинские ловушки устанавливают в местах высокой концентрации мигрирующих птиц. В России эти конструкции можно увидеть лишь в трех местах: на Куршской косе, на Ладожском озере и на Байкале.
Подъем до рассвета
Сейчас станцией кольцевания птиц руководит Анна Уфимцева. Она из Санкт-Петербурга, но каждый год проводит в Бурятии, в Байкальском заповеднике, несколько месяцев.
- Байкальский заповедник в качестве места работы я выбрала потому, что была интересная задача – нужно помогать поддерживать работу большой стационарной ловушки. Это специальное средство для отлова птиц, которое есть всего в трех организациях в России. Поскольку я люблю работать с большой ловушкой - есть большой опыт работы с таким объектом, то решила, что здесь он может пригодиться. И приехала в Бурятию. Сюда прибываю в апреле открывать станцию, провожу примерно полтора месяца, а затем также приезжаю на месяц в конце сезона, чтобы закрыть ее до следующего сезона.
Могу выезжать на другие территории: летом много полевой работы в разных местах. В заповеднике есть три ООПТ – Байкальский заповедник на склонах Хамар-Дабана, Кабанский заказник в дельте Селенги и Алтачейский заказник в лесостепной части. Там мы тоже проводим исследования. Недавно в Алтачейском заказнике проводили учет дрофы. Приезжал опытный орнитолог, у которого мы перенимали опыт учета дрофы и наблюдения за ней, - рассказывает Анна Уфимцева о работе на станции.
Сезон кольцевания птиц длится с апреля по октябрь. Орнитологи работают посменно, смена длится примерно месяц. Работа идет каждый день без выходных, с утра до вечера. В прошлом году станция работала беспрерывно 182 дня.
Рабочий день начинается затемно. Орнитолог тщательно проверяет каждый карман сети.
- Когда я дежурю, то встаю примерно в 04:00, до рассвета, и иду проверять наши ловушки на птиц. Они наиболее активны на заре. Мы должны быть на месте раньше них, чтобы первыми встретить утро и извлечь научную добычу из сетей. Затем, в зависимости от количества птиц, мы с коллегами их кольцуем и каждый час проверяем ловушки. Первая проверка - в 4:30 утра, затем в 5:30, 6:30 и так до самого вечера. Последняя проверка происходит в 22:00. Обходы я провожу с коллегами и волонтерами. Если птицы попались в ловушку, их нужно окольцевать и описать определенным образом, затем сделать бытовые дела: приготовить еду, поесть, помыть и т. д. Дополнительные ситуативные работы: что-то почистить, прибраться, починить, создать. В зависимости от текущих задач. Когда банный день, нужно организовать баню и пр. Если есть экскурсии, то провести ее. Все эти работы делятся между присутствующими на станции, - рассказывает Анна о буднях на станции кольцевания птиц.
Ходить спозаранку к ловушке кажется несложным и даже романтичным, но в реальности часто идет дождь, кусают комары, а руки мерзнут от холода. Однако, несмотря на непогоду и холод, главное для сотрудников станции – беречь ловушки и птиц.
- Если что-то пошло не так, например, началась непогода, нужно круглосуточно быть готовым принять решение, от которого зависит жизнь птиц. В непогоду нужно снимать сетки. Если птица намокла, мы сушим ее возле печки. Все это требует принятия быстрых решений. Если вдруг осенью пойдет снег, нужно в любое время суток бежать спускать большую ловушку – ее необходимо положить на землю, иначе она просто сломается. Каждая ловушка уникальна – она кроится и шьется вручную, ее следует поднимать определенным образом, ухаживать за ней и присматривать. Ловушка - как живой организм и требует особого отношения. Моя работа бывает очень напряженной, но я ее очень люблю, - говорит орнитолог.
Ювелирная работа
Пойманная птица — это не трофей, а информатор. Птицу несут в домик кольцевания. Там начинается самое интересное. Орнитолог действует как опытный ювелир.
- В домике кольцевания надеваем на лапку легчайший алюминиевый браслет с уникальным номером и адресом центра кольцевания нашей страны. Это ее паспорт на всю жизнь. Затем измеряем крыло, хвост, длину ноги, клюва, описываем линьку, если есть. Определяем вид, пол и возраст птицы, взвешиваем и отпускаем. В журнал записывается все - вид, дата, место, время, жировая прослойка (топливо для перелета), состояние мышц. Потом все полученные данные мы анализируем. Например, все ли чижи весят 12 грамм, у всех ли соловьев-красношеек длина ноги 33 мм… Накопленные за много лет данные дают интересный результат, - с улыбкой отмечает руководитель станции кольцевания птиц.
Зачем все это? Однажды, спустя годы, эту же птицу поймает за тысячи километров отсюда другой орнитолог. Сверив номер, ученые узнают маршрут миграции, скорость перелета и продолжительность жизни.
Самые волнительные моменты в работе — повторные отловы. Когда в руках оказывается птица, окольцованная несколько лет назад. Ей удалось пережить зимы, бурю и хищников. Для орнитолога это не просто строчка в базе данных, это встреча со старым знакомым.
Недавно орнитологам попался пухляк (это такой родственник синиц), который был окольцован на станции «Байкальская» четыре года назад. Птица прилетела на Байкал с тем же самым кольцом.
- По мелкому алюминиевому кольцу можем узнать, куда птица полетела только в том случае, если на другой станции ее поймают, перепишут номер кольца и сообщат нам. Существует международный обмен данными: где-то он работает лучше, где-то хуже. Детально отследить полет мелких птиц мы не можем, поскольку нет таких GPS-маячков, которые существуют для крупных птиц: куликов, аистов, крупных хищных. Есть жесткие ограничения по весу, который птица может нести. Пеночка, которая весит 6 грамм, летает с алюминиевым кольцом, ей нормально. Однако любой передатчик будет для нее неподъемной ношей. Конечно, существуют передатчики на птиц весом от 25 грамм, но они очень дорогие, - разъясняет Анна Уфимцева.
Кольцеванием на станции, как правило, занимается один научный сотрудник и несколько волонтеров. Они учатся работе с птицами и уже через пару недель работы могут помогать на кольцевании простых видов. Волонтеры едут на станцию практически со всей России - больше всего людей приезжает из Москвы и Санкт-Петербурга, также есть добровольцы из Тюмени, Кемерово, Томска, Иркутска, Благовещенска, Екатеринбурга, Ростовской области и других регионов.
В межсезонье – наука
С ноября до апреля Анна, как правило, находится дома, в Санкт-Петербурге. В межсезонье орнитологи занимаются научной деятельностью – обработкой данных по мигрирующим птицам. Ученые изучают сроки пролета, анализируют замеры, линьку птиц.
- Взаимодействуем с коллегами, например, собираем мух-кровососок - это уже паразиты птиц. Коллеги-энтомологи в другом учреждении определяют, что это за вид. В заповеднике, помимо кольцевания, ведем «Летопись природы» – это документ о наблюдении за всем, что происходит в живой природе. Это любые наблюдения, связанные как с погодой, так и с живыми организмами.
Я изучаю линьку воробьиных птиц, этим занималась в студенчестве и аспирантуре. По сибирским видам птиц ценна любая информация, потому что, по сравнению с европейской частью России, она очень мало проанализирована.
Наша станция главным образом работает с мелкими воробьиными птицами. Мои любимые птицы – это клесты, они мне очень нравятся, просто потому, что классные. Мне нравится, как они смотрятся, как лежат в руке, как себя ведут, а еще у них потрясающий клюв. Они гнездятся на Байкале, их слышно, но именно в наши ловушки попадают редко, - рассказывает собеседница.
Орнитолог на станции кольцевания проникает в тайну полета не для того, чтобы остановить его, а для того, чтобы продлить его в будущем.
- Моя работа нравится мне многогранностью, многозадачностью - от небольших управленческих решений до непосредственной работы с птицами. С научной точки зрения самое крутое – это держать объект исследования в руках, ведь любые теоретические описания не заменят того, что ты трогаешь живую дикую птицу, знакомишься с ней, ее характером, выпускаешь и надеешься, что через несколько лет она вернется, - подытоживает Анна Уфимцева.
Одна из трех в России
Станция кольцевания птиц «Байкальская» (СКБ) расположена на побережье Байкала, в 1,5 км к юго-западу от устья реки Мишиха, на пути пролета птиц. Станция открылась 50 лет назад - в 1976 году - с целью изучения особенностей миграции птиц в Южном Прибайкалье с помощью кольцевания.
Кольцевание птиц – один из способов мечения, при котором птице на лапку надевается кольцо с уникальным буквенно-цифровым кодом. После кольцевания и проведения измерений птицу отпускают, а надетое кольцо становится ее «паспортом». Информация, получаемая в результате возвратов колец, позволяет судить о путях и сроках миграции птиц, об их расселении, изменении численности, причинах гибели, продолжительности жизни и т. д.
Главная достопримечательность станции – ловушка рыбачинского типа для отлова птиц. Ловушка напоминает установленный на земле рыболовный трал, открытый для перелетных птиц. Ее высота составляет 12 метров, а ширина входа – 40 метров. Ловушка состоит из трех постепенно сужающихся отсеков и заканчивается приемной камерой, откуда пойманных птиц извлекают орнитологи. Рыбачинские ловушки устанавливают в местах высокой концентрации мигрирующих птиц. В России эти конструкции можно увидеть лишь в трех местах: на Куршской косе, на Ладожском озере и на Байкале.
Подъем до рассвета
Сейчас станцией кольцевания птиц руководит Анна Уфимцева. Она из Санкт-Петербурга, но каждый год проводит в Бурятии, в Байкальском заповеднике, несколько месяцев.
- Байкальский заповедник в качестве места работы я выбрала потому, что была интересная задача – нужно помогать поддерживать работу большой стационарной ловушки. Это специальное средство для отлова птиц, которое есть всего в трех организациях в России. Поскольку я люблю работать с большой ловушкой - есть большой опыт работы с таким объектом, то решила, что здесь он может пригодиться. И приехала в Бурятию. Сюда прибываю в апреле открывать станцию, провожу примерно полтора месяца, а затем также приезжаю на месяц в конце сезона, чтобы закрыть ее до следующего сезона.
Могу выезжать на другие территории: летом много полевой работы в разных местах. В заповеднике есть три ООПТ – Байкальский заповедник на склонах Хамар-Дабана, Кабанский заказник в дельте Селенги и Алтачейский заказник в лесостепной части. Там мы тоже проводим исследования. Недавно в Алтачейском заказнике проводили учет дрофы. Приезжал опытный орнитолог, у которого мы перенимали опыт учета дрофы и наблюдения за ней, - рассказывает Анна Уфимцева о работе на станции.
Сезон кольцевания птиц длится с апреля по октябрь. Орнитологи работают посменно, смена длится примерно месяц. Работа идет каждый день без выходных, с утра до вечера. В прошлом году станция работала беспрерывно 182 дня.
Рабочий день начинается затемно. Орнитолог тщательно проверяет каждый карман сети.
- Когда я дежурю, то встаю примерно в 04:00, до рассвета, и иду проверять наши ловушки на птиц. Они наиболее активны на заре. Мы должны быть на месте раньше них, чтобы первыми встретить утро и извлечь научную добычу из сетей. Затем, в зависимости от количества птиц, мы с коллегами их кольцуем и каждый час проверяем ловушки. Первая проверка - в 4:30 утра, затем в 5:30, 6:30 и так до самого вечера. Последняя проверка происходит в 22:00. Обходы я провожу с коллегами и волонтерами. Если птицы попались в ловушку, их нужно окольцевать и описать определенным образом, затем сделать бытовые дела: приготовить еду, поесть, помыть и т. д. Дополнительные ситуативные работы: что-то почистить, прибраться, починить, создать. В зависимости от текущих задач. Когда банный день, нужно организовать баню и пр. Если есть экскурсии, то провести ее. Все эти работы делятся между присутствующими на станции, - рассказывает Анна о буднях на станции кольцевания птиц.
Ходить спозаранку к ловушке кажется несложным и даже романтичным, но в реальности часто идет дождь, кусают комары, а руки мерзнут от холода. Однако, несмотря на непогоду и холод, главное для сотрудников станции – беречь ловушки и птиц.
- Если что-то пошло не так, например, началась непогода, нужно круглосуточно быть готовым принять решение, от которого зависит жизнь птиц. В непогоду нужно снимать сетки. Если птица намокла, мы сушим ее возле печки. Все это требует принятия быстрых решений. Если вдруг осенью пойдет снег, нужно в любое время суток бежать спускать большую ловушку – ее необходимо положить на землю, иначе она просто сломается. Каждая ловушка уникальна – она кроится и шьется вручную, ее следует поднимать определенным образом, ухаживать за ней и присматривать. Ловушка - как живой организм и требует особого отношения. Моя работа бывает очень напряженной, но я ее очень люблю, - говорит орнитолог.
Ювелирная работа
Пойманная птица — это не трофей, а информатор. Птицу несут в домик кольцевания. Там начинается самое интересное. Орнитолог действует как опытный ювелир.
- В домике кольцевания надеваем на лапку легчайший алюминиевый браслет с уникальным номером и адресом центра кольцевания нашей страны. Это ее паспорт на всю жизнь. Затем измеряем крыло, хвост, длину ноги, клюва, описываем линьку, если есть. Определяем вид, пол и возраст птицы, взвешиваем и отпускаем. В журнал записывается все - вид, дата, место, время, жировая прослойка (топливо для перелета), состояние мышц. Потом все полученные данные мы анализируем. Например, все ли чижи весят 12 грамм, у всех ли соловьев-красношеек длина ноги 33 мм… Накопленные за много лет данные дают интересный результат, - с улыбкой отмечает руководитель станции кольцевания птиц.
Зачем все это? Однажды, спустя годы, эту же птицу поймает за тысячи километров отсюда другой орнитолог. Сверив номер, ученые узнают маршрут миграции, скорость перелета и продолжительность жизни.
Самые волнительные моменты в работе — повторные отловы. Когда в руках оказывается птица, окольцованная несколько лет назад. Ей удалось пережить зимы, бурю и хищников. Для орнитолога это не просто строчка в базе данных, это встреча со старым знакомым.
Недавно орнитологам попался пухляк (это такой родственник синиц), который был окольцован на станции «Байкальская» четыре года назад. Птица прилетела на Байкал с тем же самым кольцом.
- По мелкому алюминиевому кольцу можем узнать, куда птица полетела только в том случае, если на другой станции ее поймают, перепишут номер кольца и сообщат нам. Существует международный обмен данными: где-то он работает лучше, где-то хуже. Детально отследить полет мелких птиц мы не можем, поскольку нет таких GPS-маячков, которые существуют для крупных птиц: куликов, аистов, крупных хищных. Есть жесткие ограничения по весу, который птица может нести. Пеночка, которая весит 6 грамм, летает с алюминиевым кольцом, ей нормально. Однако любой передатчик будет для нее неподъемной ношей. Конечно, существуют передатчики на птиц весом от 25 грамм, но они очень дорогие, - разъясняет Анна Уфимцева.
Кольцеванием на станции, как правило, занимается один научный сотрудник и несколько волонтеров. Они учатся работе с птицами и уже через пару недель работы могут помогать на кольцевании простых видов. Волонтеры едут на станцию практически со всей России - больше всего людей приезжает из Москвы и Санкт-Петербурга, также есть добровольцы из Тюмени, Кемерово, Томска, Иркутска, Благовещенска, Екатеринбурга, Ростовской области и других регионов.
В межсезонье – наука
С ноября до апреля Анна, как правило, находится дома, в Санкт-Петербурге. В межсезонье орнитологи занимаются научной деятельностью – обработкой данных по мигрирующим птицам. Ученые изучают сроки пролета, анализируют замеры, линьку птиц.
- Взаимодействуем с коллегами, например, собираем мух-кровососок - это уже паразиты птиц. Коллеги-энтомологи в другом учреждении определяют, что это за вид. В заповеднике, помимо кольцевания, ведем «Летопись природы» – это документ о наблюдении за всем, что происходит в живой природе. Это любые наблюдения, связанные как с погодой, так и с живыми организмами.
Я изучаю линьку воробьиных птиц, этим занималась в студенчестве и аспирантуре. По сибирским видам птиц ценна любая информация, потому что, по сравнению с европейской частью России, она очень мало проанализирована.
Наша станция главным образом работает с мелкими воробьиными птицами. Мои любимые птицы – это клесты, они мне очень нравятся, просто потому, что классные. Мне нравится, как они смотрятся, как лежат в руке, как себя ведут, а еще у них потрясающий клюв. Они гнездятся на Байкале, их слышно, но именно в наши ловушки попадают редко, - рассказывает собеседница.
Орнитолог на станции кольцевания проникает в тайну полета не для того, чтобы остановить его, а для того, чтобы продлить его в будущем.
- Моя работа нравится мне многогранностью, многозадачностью - от небольших управленческих решений до непосредственной работы с птицами. С научной точки зрения самое крутое – это держать объект исследования в руках, ведь любые теоретические описания не заменят того, что ты трогаешь живую дикую птицу, знакомишься с ней, ее характером, выпускаешь и надеешься, что через несколько лет она вернется, - подытоживает Анна Уфимцева.